- Вы не против присмотреть за ним несколько минут? Я хочу проверить волка, которого мы нашли.
Чериз отошла от Ноа и взяла Ив за руку.
- Спасибо, что ты здесь, с Этаном.
Она молча кивнула и, игнорируя массивную фигуру, наблюдавшую за ней, вышла из комнаты. Если Ноа хочет поговорить, то ему придётся подождать. Ночью он мог поговорить с нею в любой момент, но вместо этого решил молчать. Она не собиралась обсуждать их ситуацию в присутствии его родителей. Нет никаких сил даже думать о том, что ему сказать. Ив понимала, что ей нужно минуту или две побыть одной. Если она прямо сейчас выскажет Ноа своё недовольство, то велики шансы, что она закричит или расплачется. Или и то и другое одновременно.
Она пошла в комнату Ноа, не зная куда ещё деться. Ив вошла в ванную и посмотрела на себя в зеркало. Боже, у неё ужасный вид. Даже хуже: кожа бледная, под глазами тёмные круги. Господи, ей никогда не везло. Она знакомится с родителями Ноа, а выглядит будто была в трёхдневном запое. С тяжёлым вздохом Ив открыла воду. Сейчас она уже ничего не могла поделать. Кроме того, ей необходимо понять что, чёрт возьми, она собиралась делать с Диллонами.
Паника скрутила живот подобно холодной гадюке. Всё висело на волоске. Если бы Диллоны поймали его, он был бы уже мёртв. В этом он не сомневался.
Он закончил чистить глубокую рану, которую нанёс ему Этан, затем посмотрел на себя в зеркало и задался вопросом, как дошёл до такого. Когда-то давно он управлял своей жизнью. В те времена он не жил здесь и был вдали от семейных проблем.
- Ты позаботился об Этане Диллоне?
Он не обернулся и не посмотрел в зеркало. Посмотреть ей в лицо было выше его сил. Вместо этого он поднял полотенце, чтобы вымыть лицо, и заметил, как задрожала рука. Боже. После всего через что он прошёл он не думал, что мог справиться с ней. Он не хотел смотреть в лицо единственной женщины, в чьих силах было разрушить его жизнь.
- Я напал. Появился один из их стаи. Кажется, Шэйн.
Её вздох заполнил комнату. В воздухе повисло сильное разочарование, шпильки застучали по керамической плитке.
- Ты должен о них позаботиться. Иначе они будут управлять всем.
И тут он посмотрел на её отражение в зеркале. Когда-то она была непревзойдённой красавицей, хотя и сейчас остались следы былой красоты. Но если смотреть слишком долго, то откроется грань, за которой скрывалась пугающая бездна. Он взрослый мужчина, но боится собственной матери.
- Я понимаю, но в одиночку мне тяжело.
- Ты справишься.
В её голосе не звучал вопрос. Конечно, нет. Он сделает это, как и всё остальное, независимо от испытываемого к себе отвращения.
- Диллоны мне задолжали, - сказала она.
Она часто так говорила. Он слышал это каждый день в своей жизни. Он был уверен, что она повторяла эту фразу, ещё когда он не знал значения этих слов.
- Я знаю, мама.
Она подошла к нему. Её улыбка не имела никакого отношения к счастью, а только к страху, с которым он жил уже долгие годы.
- Просто помни это, дорогой. Если бы не они, я бы всем управляла.
Он кивнул и отвёл взгляд, когда страх заполз в грудь и обхватил своими когтями сердце.
Она повернулась уйти, но задержалась на пороге.
- Ты что-то ещё задумал? – спросила она обманчиво сладким голосом. Ещё в раннем детстве он узнал, что его мать страшна в гневе, но совершенно пугающая она становилась, когда была мила.
- Я могу что-нибудь придумать, - предложил он.
- Хорошо. Может, устроим что-нибудь в Пашне. Напади на одного из глупых людишек, о которых они так пекутся. Это может привлечь их внимание.
- Да, мама.
Затем она оставила его одного, и он обругал себя последними словами. Но даже так, он знал, что подчинится. Он бессилен. И это единственное, в чём он не сомневался.
Единственное, что повергнет его в ад.
- У меня такое чувство, что наш сын не сказал своей паре, кем они являются до этого происшествия, - произнесла Чериз обманчиво спокойным тоном. Ноа знал, что она держалась на страхе и адреналине. И гневе. Он вибрировал в её голосе, скрывая раздражение. Ноа подавил собственное раздражение и посмотрел на родителей.
- Мы же не могли просто её пригласить и всё рассказать.
Его мать скрестила руки на груди.
- И когда же вы собирались признаться?
- Чериз! – с ноткой предостережения воскликнул отец. Он может и бывший альфа, но все еще в силах командовать матерью. Более чем тридцать пять лет совместной жизни научили Чериз, что она могла делать, а что - нет.
- Нет. – Она бросила взгляд на мужа. – Я не позволю своему сыну-идиоту всё испортить. Вы все одинаковы. Думаете, что знаете как лучше.
- Она не поняла бы, - возразил Ноа. - Она учёный. Её жизнь основывается на фактах.
Чериз фыркнула:
- О, пусть лучше ходит по дому как пришибленная? Это вам прекрасно удалось.
- Чериз, будь благоразумной, - вмешался Сэмюель. Ноа бросил на отца благодарный взгляд, но знал, что это ненадолго. Его отец - альфа, но в данном вопросе поддержит свою пару.
