– Вообще, попала... Козел у нас один в Екатеринбурге живет. Ты, говорит, мне нравишься и будешь со мной жить. Страшный такой, козлом старым воняет. В общем, я ему – счас, говорю, норматив по гимнастике сдам. Он – какой норматив? А через козла, говорю, прыгать, чтобы задницу об рога не ободрать... А он меня раз, в машину и к себе, закрыл в подвале и давай голодом морить. Ты, говорит, немного для меня толстенькая, как раз килограммов десять и сбросишь. А я все пятнадцать сбросила!.. Но с голодухи чуть не кончилась... Ну, он смотрит, что я дошла, дашь, спрашивает, или не дашь? А что мне делать? Жить хочется... Дам, говорю. Он меня к себе в дом привел, постель показал, раздевайся, говорит. А я ему – ты что, спрашиваю, совсем свинтился на старости лет? Мне бы душ принять, приодеться. А он – так это, говорит, само собой. Белье мне какое-то из секс-шопа дал, ну, пояс там с подвязками, чулки... Извращенец хренов... Ну, я ему – жива, говорю, твоя старая курилка! И в ванную. А там окно... В общем, я через окно вылезла и бежать. А у него дом большой, участок о-го-го, пока до забора добежала, думала, сердце остановится. Ну, и от страха, и запыхалась не по-детски... А забор высоченный, думаю, не об рога, так о шипы обдерусь. Но нет, ничего, нормально все. Собаки, правда, на меня кинулись, ну, когда я уже на заборе была. Здоровенные такие «кавказцы»... Хорошо, что охрана не хватилась. А охрана у него – броня крепка, как говорил мой непутевый папашка... Он вообще, этот козел – большая величина у нас в Екатеринбурге, в областном правительстве заседает... В общем, я в Москву решила уехать. Домой сгоняла, переоделась, денег у мамы взяла, и на вокзал... Вот, думаю, как бы мой старпер своих людей за мной не послал. Ну, мало ли что...
– А лет ему сколько? – взвинченно спросил Данила.
– Говорю же, старпер. Ну, лет пятьдесят, может, больше... Думаешь, я у него одна такая? Знаешь, сколько он уже девчонок совратил?
– Сколько?
– Да кто ж его знает! Он же их потом домой не отпускает...
– Почему?
– А зачем ему это? Чтобы они рассказали, как он над ними извращался?.. Он их убивает. Может, в землю закапывает, может, в бетон...
– Зверь! – вскипел Данила.
Вита видела, что задела его за живое. И подула на огонь.
– Еще какой!.. Может, он их потом и съедает!
Ночь вступила в свои права, и Данила уже не мог адекватно воспринимать окружающую реальность. Сознание погрузилось в сумерки, темные силы волчьим воем взывали к обостренно-гипертрофированному чувству справедливости... В принципе, он осознавал, что с ним происходит. И понимал, что ему нужно успокоиться. Поэтому полез в карман куртки, вытащил оттуда облатку с таблетками.
– Что это? – спросила Вита.
– Успокоительное.
– Нервы?
– Контузия.
– Какая контузия?
– Тяжелая.
– Ты что, контуженный?
– Я тебе этого не говорил...
Данила принял таблетку и закрыл глаза. Сейчас зудящий нервный клубок в груди распутается, кровь успокоится, и его потянет в спасительный сон. Он заснет, а завтра проснется свежий и бодрый, как огурчик с грядки.
– Я не поняла, тебе интересно или нет, что я тебе рассказываю? – с нотками возмущения в голосе спросила девушка.
– Интересно. И я бы мог обломать рога этому старому козлу, – зло сказал он.
Но нервный клубок еще не размотался и продолжал колоть сознание. Успокаивало только то, что человек, о котором говорила Вита, находился далеко-далеко. И нет у Данилы возможности вернуться в Екатеринбург, найти и наказать злодея.
– Да нет, пусть живет. Лишь бы меня не трогал...
– Пусть только сунется! – сжал кулаки Данила.
– А если сунется, ты меня защитишь?
– Само собой...
Он очень надеялся, что старпер не дотянет свои щупальца до Виты. Проблем с законом он уже не боялся, но его пугало, что таблетка начала действовать. Если он заснет, то никакая пушка не сможет разбудить его. Пусть хоть граната в купе разорвется...
Вита сидела на коленях, обхватив ногами его бедра. Фактически она сидела на нем и трясла за плечи.
– Эй, так нечестно! Спать мы не договаривались!
– Да? – осоловело посмотрел на нее Данила. – Тогда мне нужно встать!
Девушка соскочила с него, позволила подняться на ноги.
– Пойдем, покурим?
Данила уже коснулся головой матраса на своей полке. Так бы и заснул, как лошадь, стоя, если бы Вита не вытащила его из купе.
В тамбуре он первым делом оперся спиной о стенку, прислонился затылком к ручке стоп-крана. Вита сама сунула ему в рот сигарету, щелкнула зажигалкой.
– Что-то я тебя не пойму, – преодолевая тяжесть в языке, сказал он. – Этих ты усыпила, а мне спать не даешь.
– А если страшно мне? Если они за мной придут?
– Думаешь, я смогу тебе чем-то помочь?
– Не сможешь. Но когда ты рядом, не так страшно...
– А почему это я не смогу? – встрепенулся Данила.
– Ну вот, ожил! – улыбнулась Вита.
– Да, но все равно спать хочется...
– А можно, я обнимать тебя буду? – снова взбудоражила его девушка.
– Не понял.
– Ну, ты внизу ляжешь, на бок, а я за тобой, как за каменной стеной... Ты же крепко спать будешь, ничего не почувствуешь...
– Чего не почувствую?
– Ну, как я жаться к тебе буду?
– А если почувствую?
