Данила не ответил. Вернулся в ванную, оделся, после чего вышел в комнату, к столу, над которым, эффектно выставив попку, сгибалась Рита. Она расставляла доставленные из ресторана блюда. Пармское ассорти, маринованные грибочки, морские гребешки, жульен из телячьего языка, кролик с копченым шпиком на ананасовом ризотто... Может, все это было объедками с чьего-то стола, но как бы то ни было, запах мутил воображение, вызывая зверский аппетит.
Рита распечатала красивую коробку с бутылкой французского шампанского и двумя бокалами в комплекте.
– Сегодня мы гуляем.
– А я думал, наедимся и спать...
– И спать мы тоже будем, – загадочно улыбнулась она. – Шампанское открывай... И себе тоже наливай...
– Ты же знаешь, я не пью.
– Почему?
– Боюсь натворить глупостей.
– Ты их уже натворил.
– Например?
Он ожидал услышать целый перечень совершенных им злодеяний. Ночная драка в поезде, убийство трех боевиков бывшего ее сожителя, сегодняшний инцидент. Но услышал совсем другое.
– Самая большая твоя глупость – это то, что ты не пристаешь ко мне, не домогаешься...
– Извини, но я так воспитан.
– Давай, давай, грузи, – тихонько засмеялась Рита. – Только вилку дай взять, чтобы лапша не налипала...
Но взяла она бутылку шампанского, налила ему в бокал, насколько позволила пена.
– Пей. Или... Или я завтра умру.
– Что?
– Да, да, я так загадала. Если ты не выпьешь, то завтра я умру. А если я загадала... Ты хочешь, чтобы я умерла? Тебе что, совсем не жалко меня?
– Жалко.
– Жалко у него... Надо, чтобы жарко было... Ну, ты будешь пить или нет? В конце концов, мы договорились, что ты должен спасать меня от смерти...
– Ну, если это...
Данила сделал всего несколько глотков, но шампанское тем и знаменито, что быстро насыщает кровь хмелем. Потому что оно играет, потому что газы в нем... Он почувствовал, что пьянеет. А Рита налила ему еще – до краев, без пены.
– Смотри, я ведь и дров наломать могу, – предупредил он, поставив на стол опустевший бокал.
– Ты что, коммунист?
– При чем здесь это?
– Ну, они в семнадцатом тоже дров наломали.
– Много ты знаешь.
– Знаю, что раньше были меньшевики и большевики. И все – члены... У тебя член какой партии, большевиков и меньшевиков?
– У меня?.. Ну, думаю, большевиков...
– А это мы сейчас проверим!
Данила мог увернуться от брошенного в него ножа, кулака, но ему не хватило ума уклониться от надвигающихся на него губ. Рита намертво приклеилась к нему жадным поцелуем, возбуждающе нежным движением обвила руками его шею, забросила ногу на бедро.
Он вспыхнул как спичка. И даже не задался вопросом, что делать ему со своими руками. Все вышло самой собой. Правую руку он запустил под кромку ее платья с открытой спины, левую – положил ей на коленку, стремительно провел вверх по бедру. Забрался под короткий подол, слегка примял тугую плоть задней выпуклости, нащупал копчик, убедившись, что Рита проигнорировала трусики, как излишний элемент ночного туалета. Нащупал он и верхние холмики – небольшие, упругие и сочные, как наливные яблочки с затвердевшими вишенками в верхних ямках...
Он мог бы исследовать ее тело с интересом искушенного гурмана, но зверский аппетит быстро заглушил в нем гастрономические пристрастия. Мужская природа взбунтовалась в нем, и Рита, оказавшись на спине, сам обвила ногами его талию...
А потом он, сломя голову, ввинчивался в запредельные высоты, в жаркие теснины облаков плотской эйфории, высекал искры на трут, чтобы воспламенить фитиль, подведенный к бочке с порохом... Взрывая волна подняла их обоих разом, закрутила, понесла, опустошила, с размаху швырнула обратно на постель.
– Поздравляю, ты принят в партию большевиков, – в изнеможении, с блаженной улыбкой на измочаленных губах пробормотала Рита.
– И многих ты туда приняла? – сорвалось у него.
Улыбка померкла, но глаза остались закрытыми.
– Не хами!
Данила осознал свою ошибку и прикусил язык. Но Рита молчать не стала.
– Артур у меня был... Только он один и был. Если тебе интересно...
– Интересно.
– Он подлый и мерзкий...
– Еще скажи, что он научил тебя воровать...
– А если да?.. Он меня за руку поймал, когда я в супере шоколадку дернула. Думала, охранник, а он пальцем погрозил, нехорошо, говорит, детка воровать... Потом он объяснил мне, что нехорошо воровать по мелочи. Научил, как в дома к буржуям лазить. И карманы как щипать...
– Он что, вор?
– Да, но не в законе. Мафия у него. Типа Дон Корлеоне местного пошиба. Он даже мусором занимается, как в Коза-Ностре. Левые свалки, сто рублей с машины, за год такие суммы набегают... Но там не только мусор. Там и убийства, и наркотики, и грабежи. Ну и воровство тоже... Сначала я на него просто работала. Там целая группа, одни жертву разрабатывают, другие на цель выводят, ну, потом я... По мелочам, правда, не работали. Только драгоценности, только антиквариат... А потом Артур посмотрел на меня и говорит: пора тебя, детка, женщиной делать.
– Детка?!
