Весь клуб на ушах стоит, Зайку обыскали уже, облапали с ног до головы, допросили, а он все пялится на свою воздушную стриптизершу под потолком. И знать ничего не ведает...
– Только никакой он не вор. И колье купил за деньги. А мы обратно его выкупили...
Данила рассказал, как в поезде у него украли колье, как он нашел воровку, как искал вместе с ней Родиона и его Зайку. Про то, как Рита повторно украла у него украшение, говорить он, разумеется, не стал.
– Так что ж теперь, выходит, оно снова по кругу пошло? – возмущенно спросил Глеб.
Потерю колье он переживал так же остро, как и Лена. Как будто оно принадлежало ему. И Данила стал догадываться, почему. На ум пришел недавний разговор с Леной о «неправильном» количестве бриллиантов...
– Вот именно, по второму, – кивнул он. – И так до бесконечности. Заговоренное оно...
И знак бесконечности он вспомнил. Два каплеобразных круга, по которым можно было кружить целую вечность... А может, это была цифра «восемь».
– Заговоренное?! – одержимо посмотрел на него Глеб. – Ты даже не представляешь, насколько ты, парень, прав. Его действительно заговорили... Вернее, зашифровали. А если еще точней, зацифровали.
– Ну да, там была какая-то цифра, – кивнул Данила.
– Какая? – вскинулась Лиза.
– Где? – встрепенулся Глеб.
– Ну, на застежке там в колье... Как будто гвоздем по золоту выцарапали... Застежка еще из-за этого кололась...
– Да, кололась, – ожила Лена. – Я его еще с шеи сняла, чтобы не кололось...
– Что за цифра? – изнывая от нетерпения, спросил Глеб.
– Не помню, – соврал Данила.
– Как не помнишь? Одна единственная цифра, и ты ее не помнишь!
– Почему одна-единственная? Может, там было трехзначное число!
– Не могло там быть трехзначного числа? – мотнул головой Глеб. – Там должна была стоять одна-единственная цифра!.. Это могло быть число подвесок. Но это двузначное число. Проба – да, это трехзначное!.. Может, там проба стояла?
– Ну, проба – это клеймо. Что ж я, не знаю, как проба ставится? А то гвоздем как будто нацарапано...
– Это на него похоже. И это может быть то самое, – всколыхнулась Лиза.
– Что то самое? – заинтригованно спросил Данила.
– Не важно.
– Это верно. Было бы важно, я бы запомнил. А так помню, что цифра была. Да, одна-единственная...
– И ты не мог ее запомнить? – с сомнением и осуждением посмотрел на него Глеб.
– Мог бы, если бы не контузия.
– Какая к черту контузия?
– Ну, еще в Комсомольском.
– Что в комсомольском возрасте? – спросил Глеб тоном, каким психотерапевт разговаривает с безнадежно больным пациентом.
– Да нет, я и пионером-то почти не был, так, чуть-чуть захватил. А Комсомольское – это село такое. В Чечне. Мы Гелаева оттуда выкуривали... Не повезло мне, прикурить дали... Контузия, в общем...
– Ты я смотрю, на всю голову контуженный!
– А вот обзываться не надо! – угрожающе нахмурился Данила.
– А то что?
– А то цифру не вспомню.
– Ты можешь ее вспомнить? – увещевающим тоном, почти ласково спросила Лиза.
– Ну, если присниться вдруг...
– Ты уж постарайся ее вспомнить, ладно?
– А она зачем вам нужна?
Лиза немного подумала, взглядом запросила поддержки у Глеба, но, не дожидаясь ответа, сказала:
– Обычный меркантильный вопрос. Всего на десять миллионов долларов. Поверь, дружок, деньги для нас небольшие, но тем не менее. Мой муж их на черный день хранил. А номер счета по всяким безделушкам раскидал... Вот колье у меня было, там тоже двенадцать бриллиантов, но по три на каждой подвеске. То есть, это уже число «три»... А на перстне, прямо на рубине он стеклорезом вывел цифру «один»... В общем, всего одной цифры не хватает. Последней...
– Последней вообще, или последней в числовом ряду?
– Последней вообще.
– А если это колье первое по порядку? Значит, и цифра первая...
– Ну, нет, порядок вещей как раз известен. И это колье последнее...
– Так в чем проблема? Введите первые, известные вам цифры, а последнюю введите наугад. Их всего десять цифр, от «ноля» до «девяти». Всего десять вариантов, плевое дело...
– Смотри, какой ты умный, – хмыкнул Глеб. – Умный, а цифру забыл... Или ты только на одно полушарие контуженный?
Данила не ответил. Чувствовал, что еще немного, и он начнет заводиться. Еще убьет Глеба ненароком...
– Лена, нам, кажется, уже пора, – поднимаясь из-за стола, с чувством собственного достоинства сказал он.
Но девушка, казалось, пребывала в прострации. Ничего не видела, не слышала и не соображала.
– Ну, тогда я один... Извините, если что не так.
Он неторопливо покинул клуб, вышел на широкий тротуар, полной грудью вдохнул в себя ночной воздух. Закурил в ожидании, когда появится Лена. А он знал, что она пойдет за ним. Босс заставит. И еще инструкции даст, чтобы вытянула из него нужную цифру.
Он докуривал первую сигарету, когда появилась Лена.
– Ты прав, нам уже пора, – сказала она и дала ему ключи от своего «Лексуса».
Она была подшофе, а он – трезв как стеклышко. И машину водить умел.
