Рина, дочь вожака Северной стаи Швеции. Кеннет – человек, оказавшийся укушенным одним из них. У всех волков есть правило – любой укушенный человек должен быть убит. Только вот Рина не может этого сделать.Она решает найти способ спасти его от обращения, чем навлекает на себя огромные проблемы. Вместе, им предстоит искать способ вылечить или усмирить его жажду крови, остановить обращение, а еще скрываться от своей стаи и ордена Верховных волков. Их путешествие таит множество трудностей и опасности, которые изменят их самих.Любовь и ненависть станут общим испытание испытанием. Как не оступиться и спасти жизнь себе и ему?
Я шла по длинному светлому коридору, который соединял два здания: старший интернат и младший. Но это не совсем обычное учебное учреждение с не совсем обычными детьми. В свой двадцать первый год, я уже работаю воспитателем или, как это называется у нас, наставником. Для таких, как я, возраст не имеет значения. Я, как и все находящиеся здесь дети и взрослые, не человек, а волк. Ликантроп, волкодлак, оборотень или вервольф, если так будет понятнее. Это место служит домом для брошенных необычных детей.
Сейчас мне предстояло явиться в младшее здание к директору, он сказал, что это очень срочно. За четыре года работы это здание стало моим домом. Интернат располагался далеко от человеческих городов. Детей учили контролировать свои эмоции, чтобы избегать превращений, подавлять чувство жажды крови, жить в дружбе с другими волками. После достижения пятнадцатого года они могут выбрать свой жизненный путь: навсегда оступиться от волка внутри и жить как человек; жить среди себе подобных, жить в стае; уйти в лес, где остаться навсегда свободным волком.
Коридоры интерната сейчас пустые и тихие. В младшем здании слышались шорохи, там дети потихоньку просыпаются после обеденного сна. Когда я подошла к кабинету Джуэла и хотела постучать, из него вышла девушка или вернее полуволк. Они были не такие как все волки, они не умели превращаться. Единственное что им досталось от их родителя, это острое чутье. Я раньше не встречалась с ними, но знала, что союз волка и человека возможен. Девушка окинула меня быстрым взглядом и направилась к выходу. Странно, даже не поздоровалась, хотя бы из вежливости.
– Рина, входи! – крикнул Джуэл из своего кабинета.
Директор интерната, мистер Джуэл, сидел за своим столом и что-то писал. Строгий костюм на его стройном теле сидел шикарно. В свои тридцать с небольшим, Джуэл носил очки, придававшие ему деловой вид. Светлые волосы всегда красиво зачесаны назад. Мне нравился наш директор, он всегда помогал, если возникали сложности.
– Что здесь делала эта девушка? – недоуменно спросила я, садясь перед столом директора.
– Ты ее раньше не видела? – удивился мужчина. – Она иногда приносит почту.
– Значит, полулюди знают о волках? – Джуэл кивнул. – Я думала, им не сообщают такое.
– Ее родители очень хорошие, а ее мать когда-то была нашей воспитанницей. Но я тебя позвал не о полуволках разговаривать. Вот, держи, это тебе.
Джуэл протянул красиво оформленный конверт. Он был украшен полупрозрачными рисунками растений и запечатан сургучной печатью. Печать была золотого цвета с изображением перевернутой волчьей лапы. Я осторожно взяла его в руки, но не решилась его открыть, я знала откуда это письмо.
– Открой его, чего боишься? – улыбнулся Джуэл.
– Ради этого нужного было меня так торопить?
– Такие письма очень важные. Особенно если из своей стаи.
Все мои мысли унеслись в воспоминания. Как давно я не получала письма из своей стаи, давно ни с кем не общалась.
Почему же ее сердце сильно забилось?
Волнение? Или страх?
Все же надо его прочесть. Осторожно сломав печать, я достала сложенный вдвое листок и развернула его:
«
Сердце сжалось. Как давно я не видела Сиеллу. Но… что скажет отец, когда увидит меня? Будет ли он по-прежнему недоволен или уже смирился с моим выбором? Об этом я могла только гадать.
– Езжай, – голос Джуэла вернул меня из мыслей.
– Не могу, – тихо ответила я, откладывая приглашение. – У нас с напарницей много работы.
– Ты уже давно не была дома. Считай, что я даю тебе отпуск. Шер справится, – улыбка Джуэла стала мягкой.
Он смотрел на меня как на маленькую девочку, отчего мне стало очень неловко.
– Тебе не о чем переживать.
– Вы, правда, считаете, что мне нужно поехать?