Папка жгла руки. Я зашла в кабинет мужа, включила свет и села в кожаное кресло. Папка была тяжелой. Открыла первые страницы и погрузилась в чтение. И чем дольше я читала, тем страшнее мне становилось.
Ребенок, которого я усыновила, родился в закрытой общине Дараса. Это было что-то вроде секты на востоке континента. Оборотни Дараса никому не подчинялись, жили отдельной закрытой группой, ни с кем не вели ни экономических, ни дипломатических отношений и отрицали прогресс.
Когда-то кураторы Химеры рассказывали нам про общину, как про одну из стай континента. Но особого внимания ей никогда не уделяли. Они были не интересны ни людям, ни собратьям. Даже наоборот, остальные оборотни их опасались как носителей чужой, довольно агрессивной религии. Дарасы поклонялись «Черному солнцу», не признавали парность, отрицали силу Альф и Омег. Считали их «лунными мутантами» не достойными «солнечного благословения».
Власть в клане передавалась по наследству. От отца к сыну. И никогда не давалась волку с силой Альфы. Если в стае рождался малыш, у которого проявлялся дар – его убивали. Сначала ребенка, а потом стерилизовали мать, давшую жизнь сильному щенку. Чтобы она больше никогда не могла «породить чудовище».
Я сделала несколько вдохов, чтобы успокоить сердцебиение и продолжить читать.
Мать Винса, Дарая, умерла от рук мужа – фанатика когда родила девочку – омегу. Если верить тому, что было написано в документах, женщина даже после родов оправиться не успела. Супруг снес ей голову топором при повитухах.
– Винс спас сестру. – Прервал мое чтение Адам.
– Спас?
– Да. – Муж сел на диван. – Наш мальчик оказался храбрее, чем мы предполагали. Он забрал младенца и убежал. Пока повитухи оплакивали Дараю, а ее муж напивался как свинья, Винс забрал новорожденную и побежал в нейтральные земли. Ему повезло. В суматохе повитухи пропажу младенца не заметили. Или сделали вид, что не заметили. Спустя сутки, одна Ратанская ведьма нашла на своем пороге орущего младенца.
– А Винс?
– Скорее всего, он понимал, что отец будет искать его по запаху. Чтобы запутать следы он ушел в сторону Дивара. А там и попал на глаза нашему Оракулу.
– Как он выжил? – Это было единственное, что я смогла спросить.
– Видимо, Дарая знала, кого родила и научила сына скрывать свою сущность. Или он сам научился. Как ты, в Химере. А вот с дочкой этого трюка она провернуть не успела. Иди ко мне.
Муж постучал ладонью по краю дивана. Я не стала сопротивляться и подчинилась. Прижалась к теплому боку и вдохнула теплый запах можжевельника.
– Винса ищут?
– Скорее всего. Мальчик нарушил правила, и его будут искать, чтобы убить вместе с сестрой.
– Но они дети.
– Они угроза устоявшимся правилам Дарасов. Знаешь, почему они убивают Альф и Омег?
– Нет.
– Потому что они посланники Луны. А Луна, по приданиям, убивает «Черное Солнце». Оракулы Дараса когда-то предсказали, что рожденный Альфа свергнет правящую семью Дарасов и уничтожит веру волков в Солнце. На небосводе останется только Луна.
– Звучит как полная чушь.
– Угу. – Согласился Адам и поцеловал меня в макушку.
– Разве можно в наше время в это верить и убивать детей?
– Ради власти и не такое творят. Ты сама это знаешь.
Я это знала. Фактически, испытала на собственной шкуре. Но не хотела, чтобы что-то подобное испытал и Винс.
– Но, в каком-то плане, мы, укрывая Винса, исполняем древнее пророчество. Тебе так не кажется? – Усмехнулся Адам.
– Где девочка?
Ответить волк не успел. Откуда-то из глубины дома раздался детский плач и тихое ворчание Мамми. Я не поверила ни своим ушам, ни носу. Волчица в груди встрепенулась.
– Не может этого быть!
– Я подумал, что ты не захочешь разлучать брата с сестрой. Хотя согласен, нужно было сначала с тобой посоветоваться.
Советоваться, конечно, хорошо. Но что-то мне подсказывало, что такой возможности у Адама просто не было. Через несколько секунд в кабинет вошла Мамми с кричащим ребенком на руках.
– Ведьмы не умеют обращаться с детьми, – проворчала волчица, – но эта, хоть старалась.
Я взяла на руки кричащий сверток. Для малыша ее возраста девочка была слишком маленькой. Ей явно не хватало веса, и нужен был врач. И только глазки, переливающиеся золотом, говорили о том, что все у нее будет хорошо.
– Дарая хотела назвать ее Лурой. В честь своей матери.
– Ладно. – Согласилась я, рассматривая капризное личико. – Как думаешь, мы с этим всем справимся?
Муж засмеялся и прижался к спине. Справимся. Обязательно справимся.