Надо было все-таки уничтожить эту статую, как только увидел! Возможно, тогда бы и все прочее стерлось из людской памяти. Ведь из первой волны, кроме меня и не выжил никто, а вот идиотские изображения остались.
Может, обернуться вороном и удрать отсюда, пока до них действительно не дошел смысл всего произошедшего? Искать, конечно, будут, но мне не впервой прятаться…
Не будь здесь Фитрины, так бы и поступил, но ждать очередного пришествия Кайры еще пять веков… Ну уж нет, меня и эта Провидица устраивает, осталось только объяснить ей, что ради Царицы не стоит ложиться на алтарь самой.
Кстати о моей воспитаннице, кажется, она тоже временно перешла в разряд моих почитателей. Вот бы еще она подольше в таком состоянии оставалась - хотя бы будет выполнять все инструкции в точности, не выворачивая их наизнанку.
-
Господа, я, конечно, понимаю, что заслужил ваше внимание своей неправедной, но долгой жизнью, но может, вернемся к изначальной теме собрания. Или я все-таки зря пришел?
-
Не зря, благодаря тебе мы сумеем замкнуть круг,
- произнес Император, а по тону и не скажешь, что я ему помог.
-
Да я собственно и не против. Но, Шайс, эти дети хоть знают, чем им это грозит? Или ты забыл сообщить, что Великий Суд - это не очередная разборка, кто прав, а кто нет, а полноценный магический обряд. Карающий обряд. А вина этого волка еще не доказана, или ты решил их поймать на незнании?
- я подарил ему и Скарлет очередную улыбку.
Я нисколько не сомневался, что о назначении ритуала «вызова богов» никто из присутствующих, кроме моих старых друзей, не знал ничего путного. Все-таки я вовремя решил вернуться, иначе бы моя Пророчица в очередной раз влезла бы в неприятности, а мне опять ее вытаскивать, так я же потом и виноват окажусь - знаем, проходили.
-
Рей, но ты же не хуже меня знаешь, что он виновен!
А вот взывать к моему разуму, Шайс, поздновато. Возможно, не попытайся ты меня убить, не предай ты мое доверие, я бы сегодня сыграл на твоей стороне, в очередной раз пойдя на сделку с совестью, но…
-
Не виновен. Вот мой вердикт,
- внятно произнес я. И моя печать, мгновение назад бывшая всего лишь изящно выплавленной птицей, расправила крылья и живым вороном вылетела в приоткрытую дверь. Минус одна.
