…окровавленные губы, кривятся в болезненной гримасе. Тонут чужие чувства и память в нежной голубизне таких знакомых глаз. Мертвое тело с прокушенным горлом… женское… бледная зелень обескровленного лица… слипшиеся от крови темные волосы…
Нет!
Но видения продолжали мелькать, вспыхивая перед глазами беззвучными черно-белыми картинками, словно кадры старой хроники.
У меня больше не было ни сил ни желания сдерживать их… они накатывали на сознание словно волны и каждая следующая была выше предыдущей… кажется, выплыть мне уже не суждено…
- Эй, вы как? - взволнованный голосок юной Филисы. Она в один миг оказывается рядом и с каким-то необъяснимым участием сжимает мои руки - и нет в этом мире более естественного жеста, чем этот. Целительница. Урожденная. Ей даже не надо обучаться - она на чистой интуиции сделает не меньше, чем когда-то делали величайшие из белых.
- Все в порядке, - уверила я, с трудом выдавив из себя успокаивающую улыбку. А в следующую секунду я поняла, что не соврала: боль наступающих видений отступила, словно будущее вновь вернулось куда-то глубоко вовнутрь меня. - Ты внучка Авроры, верно? А как тебя зовут? - как только мой дар вновь уснул, я вспомнила о своих обещаниях.
- Да, внучка. Света я. Светлана, - как-то в миг смутившись и отдернув руки, едва слышно пробормотала она.
Светлана значит? Не наше имя. Впрочем, белые всегда отличались этим. Они легко меняли свои законы и традиции, пересматривая методы и способы, истоки и цели.
- Рина, - представилась я сокращенным именем, чувствуя, что реальное сейчас просто не примут. - Скажи, с Авророй что-то серьезное?
Светлана как-то вмиг потухла. Не следовало напоминать ей о старой целительнице, не сейчас, но сказанного не воротишь…
- Еще не ясно. Ее госпитализировали ночью. Пока никаких прогнозов не дают…
Я невольно отвела взгляд. Аврора умрет. Я знала об этом, сама целительница знала об этом - но ни у меня, ни у нее так и не нашлось сил сказать об этом девочке, еще совсем не знающей нашего мира, но уже являющейся его частью.
- Вы давно знаете бабушку? - спросила она, усилием воли разогнав мрачную гнетущую атмосферу предчувствия чужой гибели.
- С самого детства, - откровенно ответила я, не считая себя вправе врать этой девочке, тем более в такой мелочи. - Ее знали еще мои родители… после их смерти Аврора стала для меня опорой в этом мире.
- Да, бабушка такая, - тепло улыбнулась она.
Я невольно ответила тем же. На редкость светлое дитя. Именно такое и нужно, чтобы возвратить в этот мир белых. Вот только…
