"Не педагог ты, значит, – угрюмо подумал Гуров. – Зато в «Палестре» под крылышком твоей «Инициативы» оч-чень любопытная педагогика процветала. С явственным бандитским душком. А что ожидать не мог, то я сильно в этом сомневаюсь".
– Я вообще не вмешивался в работу Алексея, никогда не давал ему советов и не давил на него, что бы вам ни надули в уши! Это как ситуация с персональным компьютером. Мало кто из пользователей-"чайников" понимает, как он работает. Но если компьютер работает нормально, без сбоев, то здравомыслящему человеку вряд ли придет в голову что-то в нем исправлять и совершенствовать. Точно так же я относился к "Палестре"!
– Но пользователем-то все-таки были, чайник вы наш драгоценный! – Взгляд Гурова стал очень жестким. – Как же вы «Палестрой» пользовались, любопытно было бы узнать!
Загребельный досадливо крякнул, подумав, что опять дал маху, невольно проговорился. Нет, с этим сыщиком, внешне не очень похожим на сыщика, надо держать ухо востро! И вообще, пора заканчивать разговор, а то ощущение такое, словно по минному полю прогуливаешься, того и гляди рванет. Особенно когда он так вот в глаза смотрит…
– Лев Иванович! – чуть ли не просительно обратился он к Гурову. – У меня сегодня еще две важные встречи, да и с персоналом интерната я хотел бы переговорить, хотя бы кратенько. Давайте на сегодня закончим нашу беседу, мы ведь можем вернуться к ней завтра. Или в пятницу…
– А что ж, пожалуй, так мы и поступим, – сказал Гуров, слегка усмехнувшись. – Желаете выгадать некоторое время на размышление и сбор информации? Бог в помощь!.. Только не медлите слишком и сразу же примите к сведению: я не продаюсь. Ни за какие деньги. И вывести меня из игры вам – даже вам! – уже не под силу.
– Знаю, что не продаетесь, – грустно сказал Федор Андреевич, до которого дошло, что он, словно сказочный персонаж, сам вызвал могучего духа себе на подмогу, а теперь не знает, как от такого помощника избавиться. – Но вы же разумный человек! Вы правы, я не все сказал вам. Далеко не все!
Он, кряхтя, поднялся из кресла, немного помялся, словно никак не мог решить, стоит ли продолжать, а затем добавил:
– И вот то, о чем я умолчал, вкупе с информацией, полученной от вас, заставляет меня обратиться к вам, господин Гуров, с просьбой, предложением, как хотите, так и называйте. Исполнителя, пешку, вы, конечно же, возьмете. И достаточно быстро, ваш высокий профессионализм тому порукой. Остановитесь на этом, Лев Иванович! Не забирайтесь глубже! Это не угроза, это просто совет. Бросили бы вы это дело. Достигли неких реальных результатов, и достаточно. Неужели надеетесь спасти наш прогнивший мир? Или хотя бы его часть?
– Да никоим образом, – холодно рассмеялся Лев. – Мне просто нравится сама схватка. Люблю, грешным делом, подраться со сволочами. Кроме того, ничем другим я заниматься не умею, а переучиваться поздно. До встречи, господин Загребельный. И поберегите себя, а также Екатерину.
