Подошел к тому убитому, что ближе. На лице застыла испуганная гримаса, кровь окрасила нижнюю челюсть с шеей в багровый оттенок. Уже успела подсохнуть и начать шелушиться. Одежда, разумеется, тоже пострадала, вся в пятнах. Но герб вполне себе виден: квадрат, в нем от угла к углу скрещенные копья, по центру щит, а сверху и снизу по грубому силуэту птицы с расправленными крыльями. Солдаты какого-нибудь фрайхерра, или вроде того.
На поясе обнаружился кошель, в котором таилось богатство — крохотная, с ноготь большого пальца, серебряная монетка, и пяток медных, уже побольше. Черт его знает, что за это можно купить, но кошель немедленно перекочевал ко мне. Вместе с поясом. Благо, до него кровь не дотекла.
У штанов оказались карманы. Пустые, не считая тонкой коричневой пластинки, от которой откровенно несло табаком. Не слишком-то нужная штука, когда волчицы на моей стороне — но прибрал. Взглянул с интересом на сапоги, но решил, что не к спеху.Кое-как разжав пальцы, сумел освободить меч — поднял, примерился поосторожнее. Не такой уж и тяжелый, плюс внушает чувство того, что можешь дать отпор. В моем исполнении этот отпор смотрелся бы нелепо, но прихватить не помешает, так что перевесил ножны себе, туда же меч и сунул.
Следом осмотрел оставшихся. У второго солдата тот же набор, только монетки все медные. Вот у кучера нашлось кое-что интересное — спрятанная за пазухой бумажка. Грубая, желтая, комковатая и неоднородная, но все же бумажка. На ней…
А хрен его знает, чего на ней. Язык незнакомый, почерк угловато-скоростной. По форме походило на что-то официальное — вот заголовок, вот основной текст, вот ниже подпись.
— Я смогла! Смотри! — радостно крикнула из кареты волчонок.
Следом раздался пронзительный, перепуганный женский визг. Не ее голосом. Длился он пару секунд, после чего резко оборвался. Чего-то стукнулось о стену кареты так, что ее покачнуло — и из двери вывалилась молодая полуголая девица. Оглянулась бешено…
И рванула просто в поле. Напрямик. Не особо-то быстро, на самом деле.
Проводил ее взглядом несколько секунд. Затем обернулся к альфе. У той уже охотничий инстинкт взыграл — сидеть сидела, но взгляд приклеен к спине девушки, хвост замер в воздухе и поза такая, что сорваться из нее в бег будет делом мгновения.
— Тащи ее сюда, — махнул я рукой.
Волчица пулей слетела с крыши кареты и ринулась вдогонку. Судя по скорости обеих девушек, это было как гарпун против кита. Я едва успел на подножку кареты встать, чтобы глянуть, чего там с мелочью — а за спиной уже вспыхнул и резко оборвался крик.
Мелочь в порядке — навстречу мне вывалилась.
— Она меня в стену бросила! — обиженно пожаловалась она. Только хвост так и носился туда-сюда возбужденно, так что понятно, что волчонок это больше за игру приняла и совсем не в обиде.
— Иди, помоги сестре притащить ее сюда, — я мазнул ее по макушке.
Волчонок умчалась к альфе. Там еще в сторонке из травы Эльза выглядывала, но я успокоил ее жестом.
Альфа церемониться с беглянкой не стала от слова совсем. Сунула ей в рот ее же волосы, одной рукой схватила за шею, другой за предплечье и так и поволокла. Девица дергалась и пыталась вырваться, но без особого успеха — даже на ноги встать не смогла, так и волочилась по траве.
Ну, зато я сумел ее рассмотреть. Одета она была легко — весьма легко. В кружевные чулки и рваное кружевное платье. Такие же рукавицы. Все белоснежное. Сама она блондинка, волосы связаны в косу. Фигурка — вполне ладная, бедра в наличии и грудь болталась, вывалившись из платья. Не в моем вкусе, но вполне себе привлекательная.
По одежде так и напрашивался вывод — на свадьбу ехала. Слишком уж характерно выглядела, как по мне.
Что ж, не повезло ей тогда. Можно посочувствовать — но как-нибудь потом. Сейчас скорее решить надо было, чего с ней делать и куда девать. Вроде, и мешаться только будет, но заявиться со спасенной девушкой — это ведь, считай, какой-никакой плюс к первому впечатлению от нас.
А пока я просто ждал, пока альфа дотащит до меня брыкающуюся девицу.
Чем ближе, тем лучше были слышны отчаянные мычания. Косу изо рта выплюнуть у нее никак не удавалось, свободная от хватки рука без толку шлепала спину волчицы, а из уголков глаз потихонечку растекались темные струйки поплывшего макияжа, лишь подчеркивая дополнительно общий вид. Ну… вполне себе видок-то получался, привлекательнее, чем должен бы.
Так, вот эти мыслишки сразу лесом. Знатно я муравьиной дрянью надышался, раз такое все еще в голову лезет. И как бы не посильнее, чем было раньше.
— Вот! — гордо заявила волчонок, держась за край юбки девицы.
Альфа промолчала, но с гордой преданностью во взгляде. Словно собака, которая вернула брошенную палку и сидит теперь, хвостом помахивает с улыбкой.
— Обе — молодцы. Так, давай-ка ее сюда, она тебя боится.
Взял девицу за предплечья, рывком поставил на ноги. Заставил посмотреть на себя, затем вытащил у нее из пухлых алых губок волосы. Смотрела она со страхом, дрожала, ползли по лицу слезы, размазывая макияж.
