А приехали мы в низину, такую, очень на слух миролюбивую. Журчание ручейка, пение птичек. Сплошное спокойствие. И глазом ничего страшного — ну, подумаешь, аккуратный деревянный домик на склоне, весь красивый и разукрашенный. Бело-синий, с резными узорами, и окна даже были — стеклянные. Сбоку у него спуск вниз, с откидными дверьми. А перед ним всякая житейская мелочь, вроде сушащейся на ветру одежды, на веревках, мелкий садик-огородик, огороженный заборчиком.
Милота. Только я ей заранее не поверил. Спасибо, пообщался уже с монстродевушками, мне хватило. А предстояло-то еще больше.
— Эй, хвостатая! — басовито крикнула краснокожая. — Вылезай из норки!
— Госпожа Масами! Госпожа Масами! — вторила ей синекожая, сидя на борту телеги. — Это мы, сестры Хару! Нам ваша помощь нужна, человечка полечить!
Сперва — ничего. Только ветерок на мгновение усилился да птицы паузу сделали. Затем все вернулось на круги своя, и у домика открылась дверь. В проходе — разумеется, деву… А нет, вполне женщина. И сбоку-сзади к ней прилип пацан лет шестнадцати.
Это, видимо, «лиса мудрая», и ее мальчишка. Они неспешно вышли из дома, двинулись к нам — пацан оставался сзади и семенил следом, с удивленно-нахмуренным видом глядя на гостей.
Лиса. Ушки — есть, по форме, правда, хрен отличишь от волчьих. И, наверно, кошачьих. Рыжая, одета она была в свободное белое кимоно, перевязанное черным поясом, и в деревянные сандалии, от одного взгляда на которые у меня случились фантомные конечности. Прямо ощутил натертые стопы. Увы, стремительная проверка показала, что ощущения и правда фантомные. Обидно.
Пацан — ну пацан и есть. Лицо резкое, будто рубленое, на макушке непослушные черные волосы. Одет в те же сандалии, белую майку и белые штаны. Ну и все — мышцами не блистал, но и жира нет, лицо гладкое-гладкое, без следа растительности. Плевать на него.
— Ммм, как любопытно… — томным голосом протянула лисица, приближаясь. — Кого же вы мне привезли, сестры Хару? Мне интересно!
— Да меня, — подал я хриплый голос.
С некоторым трудом воздвигнув себя на борт телеги и подмышкой упираясь, чтобы не скатиться обратно. Ощущения — огонь.
Наверно, не стоит особо дергаться, со сломанными-то ребрами? Не, бред какой-то.
— Какой… побитый мальчик, — ласково сказала лисица. Уже совсем вплотную, она провела ладонь по моей щеке. — Я знала, что вы любите напиться и буянить, но чтобы настолько?..
— Да не мы это, госпожа Масами! — синекожая поправила очки. — Нашли его в поле, в обнимку с мертвой суккубой — он ее в полете прибил! Потащили к себе, думали, не так уж и плох, а оказалось, что калека.
Лисица взглянула на меня теплым взглядом голубых глаз. Прямо материнско-теплым, хоть душ в этой ласковой заботе принимай. Только я ей не верю. А вот паренек-то покраснел, надулся слегка, глядя то на нее, то на меня.
— Ниже бедер ничего не чувствую, ноги не двигаются. И поломал их при падении. И несколько ребер или треснуло, или тоже сломано. В общем, я и от своего имени помощи прошу. Надо будет — отплачу делом.
Чего только не скажешь, лишь бы вернуть себе боеспособность. А уж сойдутся ли слова с делом — то вопрос отдельный…
Лисица изучила меня взглядом сверху донизу, задумчиво приложив руку к подбородку.
— Думаю, я возьмусь, — сказала она. — Звучит интересно. Вам же, сестры Хару, придется мое добродушие отработать.
— Но Масами! — воскликнул вскипевший паренек. — Зачем нам это быдло? Ты посмотри, он ведь совсем не благородный, и… и… Меня ведь достаточно!
Повернувшись к нему, лисица ласково потрепала его по голове, приподняла голову пальчиком за подбородок:
— Любовь моя! Мне больно понимать, какие грязные, какие склизкие мысли прячутся за твоими словами!..
И так далее, и в том же духе. Минут на пять происходящее превратилось в мелодраму, в которой ушастая заверяла паренька в своей верности, а тот вяло отмахивался и просил не «разрушать их любовь». А я с рогатыми сестричками просто ждал и не вмешивался. Они-то больше с почтением — да и то, под конец и они стали нетерпеливо переглядываться и приплясывать, дожидаясь, пока закончится внезапное душеизлияние. Ну а мне деваться было некуда. Есть шанс, хоть какой-то — надо использовать. Пусть и решают его использовать за меня.
— Ну все, все, дорогой мой. Иди в дом, принеси деньги, — лисица вновь повернулась ко мне. — А ты радуйся! Ибо я, пятихвостая кицуне, как следует постараюсь, чтобы ты смог вернуться к своим возлюбленным!
Ага. Супер. Не, ну а что, не считая кое-каких мелких деталей, в целом-то она права…
Меня осторожно выгрузили из телеги, положили на какой-то плетеный коврик. Следом Масами долго и упорно втолковывала сестрам, чего она от них хочет. От синекожей — каких книг купить, к чему присмотреться и чего схватить, если появится возможность. От краснокожей — каких растений нарвать и каких жучков отловить. Обе слушали внимательно, разве что в рот не заглядывали.
Я отметил, что путь до людских земель местным-то известен. Если что — вызнать проблемы не будет, не считая определенной зацикленности всех этих девушек и женщин.
