Волков поделился информацией по управлению роботом добытой им методом проб и ошибок, и его напарники разошлись по своим «волкам».
Роботы Альвареса, Марка и Декстера вставая, начали делать неуверенные шаги, махать руками, поворачивать торсами. Повороты им тоже давались с трудом, а Георг уже все-таки наловчился поворачиваться на ходу.
Останавливаясь где-нибудь в уголке, Георг разбирался с прочим оборудованием робота. Так он разобрался с радаром, поворотной ручкой научившись устанавливать диапазон работы. В самом мелком он ловил фигуры трех других роботов высвечивая их яркими метками. При этом делая автоматическую нумерацию и опознавая, давая на тактическом экране характеристики по размерам и тоннажу, присваивая тип.
Потом настала очередь радио. Здесь ему помогли знания, полученные во время учебы на механика. Учителя скрупулезно передавали следующему поколению все, что знали о уже давно неработающих устройствах от своих учителей. Молодежь крутила настройками рации меняя частоту.
После очередной передышки Волков поделился полученной информацией и уже в следующий раз они во время учебных променадов уже общались по радио в режиме прямого времени делясь опытом, подсказывая друг другу как лучше сделать то-то или это, что ускорило процесс освоения «волков».
Георг поработал с бортовым компьютером, вызывая различные опции. Эти знания он тоже получил от учителей. Без практики они стоили немного, но по крайней мере он знал хотя бы основные элементы, а не смотрел на все это электронное чудо как неандерталец какой-нибудь с дубиной наперевес. Ему удалось установить отсечку для стрельбы из пушки, но дальше в дебри изменений параметров работы систем робота, он не полез.
Тем временем в обучении троицы происходил определенный прогресс. Неизвестно с чем это связано, может в уже имевшем место близком общении с техникой, ее ремонта, но лучше всего дела продвигались у Альвареса. Марк и Декстер в освоении робота значительно уступали. Они чем-то напоминали детей. Марк даже умудрился один раз свалиться. Но потом встал, пошатываясь как пьяный.
Люди давно потеряли счет времени в закрытом ангаре подземной базы, и ели тогда когда просыпался голод, а после тренировок он напоминал о себе очень часто. Организмам требовалось много энергии.
Георг как мог часто навещал Барбару, но ей лучше не становилось. Сам Волков с удивлением отметил что его состояние, а также состояние его товарищей по несчастью почти не изменилось, можно сказать стабилизировалось.
Голова по-прежнему болела, тело одолевала неприятная слабость с дрожью в членах, болели суставы, то и дело прорывался кашель раздирая глотку, подташнивало, но при всем при этом их не валила лихорадка.
Видимо организмы задействовали последние резервы, чувствуя что избавление близко. Нужно победить, а потом валиться замертво в уже отвоеванном от чужаков доме.
Но затягивать с отвоевыванием родного города не стоило. Если перетянуть развязку то резервы могут истощиться в один момент и тогда они уже не смогут не то, что в робот залезть, руку поднять и ту не смогут.
– Выходим завтра, – сказал Альварес прокашлявшись, так же понимая, что долго им без лечения не протянуть.
– Все вчетвером? – сипло спросил Марк.
– Нет… все-таки действительно неизвестно сколько в шаттлах запасных батарей и есть ли они там вообще. Так что идем мы двое: я и Георг. Вы двое остаетесь и ждете от нас информации по поводу того, что нам удалось сделать или не удалось.
– И?
– И действуете соответственно. Если батарей хватит всем, то вооружаетесь по типу «волка» Георга: два ТО, одна ГП и одна РП. Если не хватит, то цепляете на себя только роторные пушки и выходите.
– Понятно.
– А теперь спать… Нам нужно восстановить хоть немного сил. Завтрашний день будет трудным… я бы даже сказал судьбоносным не только для нас, но и для всех жителей Скалии.
Георг поймал себя на мысли что думает только судьбе Барбары. Хорошо это или плохо он не знал. Он понимал, что люди в городе страдают под гнетом чужаков, но в чем выражались эти страдания он не видел и потому эта чужая боль как-то не откладывались в сознании. А Барбара вон она вся горячая, дрожит и бредит.
Завтра он будет сражаться в первую очередь за нее и только потом за остальных людей.
Проснувшись, Георг почувствовал, что сегодня настал его последний день, даже если они победят, во что уже почти не верилось. Но одно известно точно, отступать некуда. Даже если они проиграют и сумеют при этом выжить и даже спрятаться так что чужаки не найдут, то жизнь их все равно продлится недолго. Болезнь добьет их.
Тело отказывалось повиноваться. Казалось, что суставы сейчас поломаются, а голова лопнет. Глаза саднили, при этом каждое их движение отзывалось странным звоном в ушах. Чудовищное ощущение.
Для победы над чужаками сейчас требовалось победить себя, свою болезнь и еще неизвестно что легче сделать.
– Ох-х… мать…
Георг с трудом принял вертикальное положение и чуть не упал. Вестибулярный аппарат подводил. В глазах помутилось.
В комнату пару раз стукнув в дверь, держась за стену ввалился Альварес.
