Тот ухмыльнулся и что-то приказал жрецу. Старик извлек из висящего на поясе бамбукового футляра миниатюрную стрелу, присев на корточки осторожно обмакнул ее в содержимое горшка и передал стоящему рядом воину. Индеец вставил стрелу в отверстие метательной трубки и обратил ее в сторону высокой пальмы, в кроне которой весело резвились попугаи. Через мгновение раздался короткий свист и с дерева на землю свалился крупный, бьющий крыльями небесно-голубой арара. Когда один из мальчиков притащил его на террасу, птица была мертва.
Тронув попугая за массивный клюв, Росс хмыкнул и недоверчиво взглянул на индейцев.
Видя его сомнения, Кумару рассмеялся и сказал несколько слов пастору.
- Он предлагает испробовать яд на человеке,- бесстрастно произнес Райнике. Но требует еще подарков и рому.
- На человеке? - удивился Росс. - Это интересно. Хотелось бы посмотреть.
Пастор продолжил разговор с вождем, в ходе которого выяснилось, что у индейцев имеется пленник, захваченный накануне в джунглях.
- Это серингеро - сборщик каучука, - сказал Райнике. - Индейцы сельвы считают их своими врагами, так как серингеро уничтожают лес. На нем вождь и предлагает показать силу кураре. Но я против, это не по христиански.
- Отчего же, судя по всему, эти дикари его все равно убьют. Так, что соглашайтесь, святой отец. Я не могу доставить в Берлин некачественный товар.
- Хорошо, - согласился пастор и, взглянув на Кумару, кивнул тому головой.
Тотчас, по знаку вождя, двое воинов привели из лесу изможденного человека со связанными руками. Это был пожилой мулат, с остатками сохранившейся на нем грязной одежды.
Пленника развязали, поставили перед сидящими на террасе и один из старейшин обратился к серингеро на португальском языке.
- Он говорит, что мулат свободен и может идти в свое селение, - перевел Райнике.
А старейшина, закончив свою речь, указал сборщику рукой в сторону леса.
Пленник пробормотал слова благодарности и, испуганно оглядываясь, побрел в лес. Когда он был у самой опушки, в спину его что-то ужалило, и, сделав еще несколько шагов, мулат без звука рухнул в траву.
- Отличный выстрел! - воскликнул Ланге, с восхищением глядя на пустившего стрелу воина. - Я бы не прочь этому научиться!
Затем он послал на опушку фельдфебеля, осмотреть тело мулата.
- Готов, - сообщил тот вернувшись.
- Ну что ж, - обратился к пастору Росс. - Дикари заслужили подарки.
Когда под одобрительные возгласы толпы Ланге передал старейшинам желанный напиток и несколько связок бисера, Кумару обратился к гостям с торжественной речью.
- Он приглашает нас вечером на пир, отведать человечьего мяса - перевел Райнике.
- Так эти парни еще и каннибалы? - опешил Росс. - Крюгер мне говорил об этом, но я, честно говоря, не поверил.
- К сожалению это так, сын мой, - возвел глаза к небу пастор. - Да спасет господь их заблудшие души.
- В таком случае скажите им, что мы спешим и сейчас же отправляемся в путь.
Когда Райнике передал Кумару ответ полковника, тот весело рассмеялся и, указывая рукой на труп мулата, произнес несколько слов.
- Вождь сожалеет, что у него только мулат. Мясо белых вкуснее.
- Капитан, - обратился Росс к Ланге. - Прикажите вашим людям проверить оружие, мы уходим.
Через час, под бой барабанов и улюлюканье толпы, отряд скрылся в джунглях.
В это же время на базе, уединившись в кабинете, Глюкенау с фон Майером и Магро, дымя сигарами, обсуждали последние детали предстоящей в море операции.
Утром радист передал капитану 1 ранга полученную из резидентуры в Рио дешифровку, в которой сообщалось, что английский сухогруз «либерти» выходит из порта Манаус утром следующего дня.
- И отбросьте любые сомнения Отто, - напутствовал Майера хозяин кабинета. -Атакуйте любое судно, которое обнаружите в плавании. Помните слова гросс-адмирала «топить всех». Мы снова должны вернуть наше господство в этих водах.
- Я сделаю все от меня зависящее, экселенц, - пыхнул сигарой фон Майер. - Можете не сомневаться.
В полночь, на верхней точке прилива, черная субмарина, с двумя боевыми дельфинами на борту, вышла из лагуны и по протоке скользнула в реку. Там, следуя по течению и держась середины фарватера, она стала спускаться к океану. Под обводами мостика, пристально вглядываясь в темноту, кроме Майера, Магро и рулевого, стояли еще двое сигнальщиков. Тихо постукивали дизеля и щелкали стрелки репитеров.
Через час, оказавшись в дельте реки, лодка ускорила ход и вышла в открытый океан. Там штормило, и соленые волны захлестывали рубку.
- Шафер, - приготовьте надстройку к погружению и переключитесь на управление из центрального поста - бросил Майер стоящему на рулях боцману и спустился вниз. Вскоре, вверху щелкнул кремальер рубочного люка и по трапу загремели тяжелые ботинки.
- Люк задраен господин капитан, - доложил боцман.
- Боевая тревога! Погружаемся на глубину пятьдесят метров, - приказал Майер. На лодке захрипел ревун, она вздрогнула и камнем провалилась вниз.
