— Не забудь учителей, поликлинику, психдиспансер, — заметил Гуров, снял трубку, позвонил в прокуратуру, услышав слегка картавый голос Гойды, сказал: — Привет, Игорь, пристает к тебе некто Гуров. Я на допрос не ворвался?
— Здорово, сыщик, не сомневался, что трупы повесят на тебя. Отвечаю на твой вопрос: у меня личная точка зрения отсутствует. Ты кассету слушал? — спросил Гойда.
— Грешен, запамятовал. — Гурову стало стыдно: пленку в магнитофоне следовало прослушать в первую очередь. Но сыщик решил: раз кассета побывала в МУРе, то ее слушали, раз молчат, значит, на ней ничего существенного.
— Фуги Баха. Музыка серьезная, но ничего угрожающего. — Гойда засопел, откашлялся. — Просьба: ты мой телефон депутатам, помощникам и другим чиновникам не давай.
— Так ты не исключаешь, что ребята прыгнули без чужой помощи? — спросил Гуров.
— Исключаю. И тебе советую подобную версию забросить подальше, иначе туда забросят твои погоны, — ответил следователь.
— Напугал ежа голой жопой. У тебя мысли имеются или ты считаешь свою работу законченной? — спросил Гуров. — Ты обязан мной руководить, давать задания.
— Воссоздай психологический портрет. Начинай с детского сада. Дальше говорить? — Следователь хохотнул. — Извини.
— Бог простит. Игорек, поторопи медэкспертизу на алкоголь, наркотик и прочее, — попросил Гуров. — Медики к прокуратуре относятся уважительнее, чем к ментам.
— Сделаю, в мое дело тоже такая бумага необходима. Прокурор уже интересовался.
— Федор Федорович не в курсе, что существуют установленные законом сроки? — спросил Гуров.
— Он в курсе, но на него давят. — Следователь снова вздохнул. — Никакими врачами мы здесь не отделаемся. Ты отпуск отгулял?
— Я без освидетельствования скажу, что ты не в порядке. Звони. — Гуров положил трубку.
— Предложил взять отпуск? — продолжая быстро писать, спросил Станислав.
— С тобой не разговаривают. Пиши. И отдай на машинку или компьютер, нам надо будет сто экземпляров. Подпись ставь мою, не трогай Петра, ему хватит.
Скоро явились Нестеренко и Котов, доложились, заняли ничейный стол, молчали.
— В курсе? — спросил Гуров.
— А то. — Нестеренко дернул себя за длинный хрящеватый нос. — Можно подумать, на Президента покушение. Вот что значит мешок денег.
— Ты как Шура Балаганов, — встрял Станислав, продолжая писать. — Мешок денег тебе папа отдаст, чтобы ты к нему не приставал.
— Хватит трепаться! — Гуров протянул операм заготовленные листочки с данными на погибших. — Кто в дом пойдет?
— Придется мне, — уныло ответил Котов. — Правда, я не шибко хорош собой. В роду у нас был Соломон, а не Калита в лаптях, но с ментовской рожей Валентина еще хуже. Мне нужно только домой заехать, переодеться, побриться.
— Вы сегодня домашних не трогайте, начните с университета и школы, — сказал Гуров. — Мне нужны близкие друзья, закадычные подруги. Хорошо бы разыскать ребят, с которыми Алена и Антон раньше дружили, позже расстались. Вы мальчики большие, понимаете, такие люди сами не высунутся, их могут только другие ребята назвать. Сергеев не с рождения миллионер и не сразу в том доме поселился. Думаю, интереснее прежнее место жительства... — Гуров посмотрел в ореховые мудрые глаза Котова, и ему стало неловко. Установочную работу Котов знал лучше Гурова.
— Извини, Григорий. — Гуров улыбнулся. — Власть портит людей, я лишь человек.
— Пустяки, Лев Иванович, мне даже интересно, — ответил серьезно Котов. — Только я уверен: мне следует искать квартиру не предыдущую, а более раннюю. Только бы дом не снесли и не расселили.
— Нам вторая машина нужна, — сказал Нестеренко. — Во-первых, мой “старик” помирает, а главное, если мы вдвоем начнем ездить, так уйма времени уйдет.
— Верно. — Гуров повернулся к сейфу, вынул конверт, протянул Котову. — Езди на частниках, ежедневно пиши рапорты о расходах, указывай маршруты.
— Такие бумажки бухгалтерия не примет. — Станислав сосредоточенно писал, но, естественно, все слышал.
— Станислав, прошу, не вводи в грех, — подчеркнуто ласково сказал Гуров.
— Будешь выплачивать из оклада, вспомнишь, — не унимался Станислав. — Иди к Петру, проси машину, сейчас тебе и самолет дадут.
Гуров повысил голос:
— Ну что ты лезешь, когда тебя не спрашивают? Я вчера родился?
— Позавчера. И в бытовых делах абсолютный лопух. Ребята, — Станислав взглянул на оперативников, — Лев Иванович не сомневается, что вы сами отлично знаете, с чего следует начинать.
Котов быстро взглянул на смутившегося Гурова и уверенно ответил:
— Естественно. Следует обойти квартиры домов, расположенных напротив их дома, и найти бабушку, которая поднимается спозаранку и дотемна смотрит в окно. Возможно, бабуля видела, как ребята сорвались с карниза, и не было ли на крыше кого-то третьего.
— Верно, вам этой работы хватит до завтра, — стараясь не смотреть на Гурова, сказал Станислав.
Оперативники вышли, Гуров проводил их взглядом, потер лоб и смущенно улыбнулся.