Клэр знала, что участие в ежегодном Забеге Случки местных стай оборотней — её долг перед родным Ковеном. Но стоило ей наконец решиться исполнить долг, случилось немыслимое: она влюбилась. Найджел знал, что его долг — защищать Клэр и оберегать её от чрезмерно ретивых волков до Забега, но, пока в течение долгих недель он охранял её тело, случилось немыслимое: он сам его возжелал. Пойманные в ловушку желания и долга перед семьёй, Найджел и Клэр должны решить, за что стоит бороться — и всё это время их терзает волчий голод.
С покорным вздохом Найджел Родс сел за свой обычный столик в кафешке Клэр «Кофе Хауз». За последние полтора месяца это место стало для него домом. Одна из официанток кивнула ему и призывно улыбнулась. Найджел кивнул ей в ответ и развернул журнал «Тайм Мэгэзин». Девушка поставила перед ним чашку кофе, и он поблагодарил ее, продолжая читать.
Найджелу было невыносимо находится здесь, но его обязанности Охранника Стаи не оставляли другого выбора. Также приходилось учитывать, что его отец был Альфой[1]. А Найджел зависел от прихотей отца.
— Привет, Найджел. Ты вовремя, как я погляжу, — слегка хрипловатый голос Клэр Эндрюс ворвался в его мысли.
— Привет, Клэр, — и снова он не стал утруждать себя и поднимать голову. Найджел и так знал, что она была рядом — вся кафешка была заполнена её запахом. Она пахла корицей и яблоками, как и его любимые булочки. Найджел простонал про себя, когда услышал скрип стула, означавший, что Клэр решила присесть рядом.
— Ты еще не устал меня нянчить?
— Ты даже не представляешь насколько, — пробормотал он. После непродолжительного молчания с её стороны он продолжил: — Томас просил, чтобы тебя охраняли. Мой Альфа дает указание, и я повинуюсь. — Он был по горло сыт этим вопросом, как и тем, что каждый день протирал задницу в ее кафе. Каждый день она задавала этот вопрос, и каждый день он давал ей тот же ответ.
— Я уже большая девочка, Найджел. Думаю, я сама могу постоять за себя и держаться подальше от неприятностей.
Он проигнорировал ее саркастический тон.
— Я уверен, что так и есть, малышка, но ты согласилась принять участие в Забеге Случки. Всех потенциальных суженых волка охраняют. — Ну, вот. Другой день, но то же аргумент.
— Я ведьма, Найджел.
Найджел закрыл журнал, и, наконец, взглянул на девушку. Она сморщила свой дерзкий носик.
— Да, но ты человек-ведьма. Отец не хочет, чтобы кто-то из парней ошивался здесь до Солнцестояния и заигрывал с тобой; у тебя не хватит сил им противостоять.
Найджел спрятал улыбку, так как Клэр, сложив руки под своей довольно пышной грудью, обижено уставилась на него. О, эта грудь играла не последнюю роль в его таких частых в последнее время фантазиях, когда он был один, и когда он был возбужден. Одна мысль о том, как его член скользит между ее больших грудей делала его твёрдым, как камень. Возбуждённое тело так жаждало разрядки в течение последнего месяца, что это просто выбивало Найджела из колеи.
— Если бы я раньше знала, что Стая собирается неотступно следить за каждым моим шагом, то не стала бы давать своё согласие на участие в Забеге.
Найджел поднял бровь, сегодня Клэр была в прекрасном настроении.
— Да, игра слов была преднамеренной[2].
— Ты всегда можешь бросить всё это, Клэр. Единственное, что тебе нужно сделать — найти мужчину, который мог бы потереться о тебя. Поверьте мне, ни один волк, который ищет пару, не захочет, чтобы запах другого мужчины был на его женщине.
— Я уже думала об этом, — вздохнула девушка. — Но моя семья не одобрит этого. В каждом Забеге обязательно должна быть одна из поколения женщин рода Эндрюсов. Ты прекрасно об этом знаешь. И вот в этом поколении мне посчастливилось вытащить короткую соломинку.
Раздражённый ее постоянными жалобами и, находясь почти на грани от возбуждения и похоти, которые всё больше и больше грозились выплеснуться при каждом вдохе ее сладкого аромата, Найджел потерял терпение:
— Клер, какого черта ты хочешь от меня? Ты согласилась на Забег по свой собственной воле. Либо смирись с этим, либо разорви уговор, но только перестань, наконец, ныть! — Шесть недель сексуального перевозбуждения, наконец, проявились в полной мере. — Я, между прочим, получаю от этого удовольствия не больше, чем ты. Я никогда не ставил себе цель быть нянькой!
— Ты просто задница, Найджел Родс, — Клэр решительно отодвинула стул. — Больше не получишь никаких бесплатных булочек.
Найджел смотрел, как девушка удаляется; он даже видел, как его волк облизывается языком от похоти, как в том мультике. Ее попка, так же как и грудь, была округлой и полной, и он наслаждался тем, как она покачивалась, подчёркивая ярость Клэр.
Это заставило его пылать и прогнало некоторую скуку от пребывания в кафе. Но, без сомнения, еще больше увеличило его возбуждение и заставляло еще больше страдать от неудовлетворенности.
Найджел оглядел остальные столики. Какие-то сопливые студенты богатеньких родителей слонялись по кафе и разговаривали о политике и прогнившей правительственной системе, не понимая, что они станут частью этой проблемы, как только начнут работать.
Найджел сделал вид, что занят чтением журнала, а сам стал наблюдать за Клэр. Его джинсы стали вдруг еще теснее, когда она наклонилась, чтобы вытереть стол, давая тем самым возможность ему и другим мужчинам в кафе полюбоваться её красивой грудью.
