— Мой брат… Он еще очень молод… И импульсивен… И не всегда оценивает последствия своих действий…
Со стороны до этого напряженно вслушивающегося в беседу Лара доносится тихий протестующий возглас, но Анджеер старательно делает вид, что не слышит ничего и не понимает.
Вот ведь… Император…
— Он совершил ошибку, но прошу вас, не наказывайте его слишком сурово! Мы возместим ущерб…
— О чем идет речь, принцесса?
— О моем брате, ваше величество! Он… Его поймали…
— Постойте! Вы имеете в виду… Этого молодого человека?
Я, чуть отойдя в сторону, так как сидеть без разрешения императора не по канону даже мне, изо всех сил держу лицо, потому что рассмеяться в такой момент будет сущим неуважением к моему названному брату и императору моей страны.
А рассмеяться хочется.
Вот ведь артист!
И, главное, дамы верят!
Впрочем, Анджеер всегда отличался умением грамотно навешать лапшу на прелестные дамские ушки…
Вот только сейчас зачем ему это надо?
Глава 12
Я чуть отхожу в сторону опять, преследуя сразу две цели: не мешать своему названному брату развлекаться и найти более удобное место для полноценного разглядывания принцессы Илларии.
Ощущаю сбоку присутствие своего мохнатого брата, он тоже немного взволнован, принюхивается к новым для него людям, но маскируется идеально, дамы его не видят.
Лар, который внезапно наследник Севера Илларий, ведет себя примерно так же, как и Василек: стоит, напряженный и немного растерянный, и тоже, по-моему, принюхивается.
Я его на всякий случай из виду не упускаю, пользуясь возможностью, мстительно кошусь, лениво придумывая всяческие кары за наглое вранье и введение меня в заблуждение.
Вообще-то, кары заслуживают все три участника фарса, но со старухи взять нечего, над ней уже смерть стоит, принцессу я буду наказывать долго и изобретательно, естественно, но сейчас в детали лучше не углубляться, чтоб не потерять нужный настрой и концентрированную злобу, которая всегда — главный двигатель меня. А вот поразмышлять, как именно будет наказан нахальный щенок, пусть он и целый наследник Севера, причем, наследник первой очереди, его мачеха со своим отпрыском, получается, занимает сейчас трон незаконно… Короче говоря, поразмышлять я могу. И вариантов множество… Тут, главное, понять, насколько Анджеер заинтересован в парнишке и что именно хочет с ним сделать…
Лара, между тем, величественно подзывают ближе и позволяют сесть рядом с сестрой на диванчик.
Анджеер делает удивленное лицо, восклицает несколько раз : “Ах, какая неприятность!” и прочее. В целом, мой названный брат имеет вид невероятно глупый, и мне даже как-то стыдно становится за его такую плохую игру.
Лар, поняв, что его никто не собирается казнить, отрубать руки и так далее, ощутимо расслабляется, задирает подбородок горделиво и надменно, и это сразу выдает в нем и свойственную возрасту наивность и глупость, тоже свойственную возрасту. Я бы на его месте, наоборот, сжал все, что только можно…
Но я-то уже вышел из щенячьего возраста, да и Анджеера неплохо знаю…
Василек, внимательно отследив перемещение охраняемого объекта, чуть сдвигается в сторону, садится послушной собачкой на задницу и вываливает язык, сразу обнаруживая крокодилью пасть.
Тоже под дурачка косит… Надо его оставить во дворце, то-то Анджеер обрадуется…
— Нам удалось спастись случайно, — журчит нежный голосок Илларии, — дело в том, что мы уже довольно длительное время были… Жили не во дворце… Отец… Предпочитал общество мачехи и нашего младшего брата… А мы жили в летней резиденции. Когда произошла смута, мы сумели выбраться, долго скитались… И неделю назад прибыли сюда, в ваш чудесный, такой гостеприимный город…
— Почему же вы сразу не пришли за помощью? — голос Анджеера звучит участливо настолько, что я с трудом сдерживаю усмешку: ну прямо добрый дядюшка у нас тут…
— Мы… Не хотели вас обременять… — ах, как трогательно, слезы на глаза наворачиваются… От смеха. — Мы планировали уехать в Джану… Подальше…
— Но вы же наследники? Или Илларий отменил указ о престолонаследии?
— Насколько нам известно, нет, но мы…
— Я хочу вернуться и заявить права на трон! — мальчишка смелеет и вмешивается в разговор взрослых людей. Наглец какой.
Я с любопытством смотрю на Анджеера, но у того ни один мускул не вздрагивает на лице. Он благожелательно разглядывает Лара, кивает поощрительно, дескать, продолжай-продолжай…
И тот, естественно, не упускает шанса показать себя во всей красе:
— Мы вообще зря уехали, совершили ошибку! Я говорил сестре, но она…
— Нас хотели убить, Лар, — торопливо отвечает Иллария, — и у нас не было шансов, ты помнишь же…
— Я думаю, что в столице много людей, преданных отцу, — запальчиво возражает Лар, — и, значит, мне! Им не нравится самозванка на троне! Надо было ехать туда сразу! И сейчас я бы уже был коронован!
Лари открывает рот, чтоб возразить, но Анджеер опережает ее:
— Принц, я уверен, что в Нордарии осталось много преданных короне людей, но, приехав туда без поддержки и защиты, вы сильно рисковали… Здесь предусмотрительность и осторожность вашей драгоценной сестры сослужила вам отличную службу…
