– Да, парусник с полными парусами – это завораживает, – мечтательно произнес Гюнтер. Он вспомнил, как еще курсантом слушал свист ветра в вантах и прятался в тени парусов от обжигающего тропического солнца. – Жаль, что так и не рассмотрели названия. Наверняка что-нибудь воздушное и романтическое. Какое-нибудь прекрасное женское имя.
– Да вы романтик! – Отто с усмешкой посмотрел на него. – Вы растете в моих глазах.
– Срываюсь иногда, – смутился Гюнтер. – Давайте готовиться к высадке на берег. Вы подготовили команду?
– Да. Не знаю, все ли поверили. Молчат. Общая реакция – растерянность.
– А вы что хотели – ликования или научно-исторических споров?
Старпом промолчал. Гюнтер вновь развернул перископ в сторону Алонсо. Испанец, сидя на песке, поочередно задирал вверх ноги, выливая воду из сапог. Затем, покачиваясь, встал и скрылся в джунглях.
– Герр командир, вам завтрак в каюту принести?
Кюхельман оторвался от окуляров. За спиной стоял кок Дитрих. Одет он был в одни шорты, но с неизменным колпаком на голове.
– Давай в каюту. А чем угощаешь?
– Консервы, герр командир, и лимоны, – ответил с виноватым видом кок.
– Ничего, Дитрих. Скоро будут и мясо, и фрукты.
– Скорей бы, а то стыдно команде в глаза смотреть.
Кок переминался с ноги на ногу, не осмеливаясь задать вопрос. Наконец, решившись, спросил:
– Герр командир, старший помощник говорил странные вещи. Это правда?
– Похоже, что правда, хотя сам с трудом верю. Мы скоро высадимся на берег, а вот куда попадем? В мир шестнадцатого века или дурдом двадцатого, я затрудняюсь ответить.
Он опустил перископ и отправился в свою каюту, взглянул на хронометр. По местному времени сейчас было около шести утра.
«В такое время наносить визиты – дурной тон, – думал Гюнтер. – Выждать надо хотя бы часа три. Пока Алонсо проберется сквозь заросли в поселок и доложит о своих приключениях губернатору. Пока новость облетит и взбудоражит всех жителей. А потом, когда уляжется паника, и все свыкнутся с этой новостью, им потребуется время обдумать, как встречать и чем угощать дорогих гостей. Тут, пожалуй, и трех часов будет мало».
Время тянулось медленно. Моряки заглядывали в центральный пост, с ненавистью глядя на застывший хронометр. Наконец Кюхельман не выдержал и без пятнадцати минут девять поднял перископ понаблюдать, как хозяева острова готовятся к приему гостей.
Первое, что бросилось в глаза, – одинокая собака, бредущая по площади в поисках пищи. Не было толп народа на пристани, ожидающих явления чуда. Не было и праздничной суеты в ожидании дорогих гостей. Никто не гонялся за поросенком, чтобы подать его на стол, украсив пестрым гарниром.
Поселок будто вымер. Гюнтер уже решил, что испуганные жители ушли в джунгли. Но неожиданно дверь ближайшей к воде хибары распахнулась и на пороге появился, потягиваясь, ее обитатель. Он повернулся лицом к стене своего жилища и, недвусмысленно спустив штаны, приступил к обязательной утренней процедуре. Затем снова скрылся внутри, захлопнув дверь.
Гюнтер оглянулся в поисках Отто и, не заметив его, прорычал:
– Старпома ко мне, быстро!
– Я здесь, капитан, – мгновенно отозвался старший помощник, будто ожидал за переборкой.
– Взгляните.
Гюнтер с мрачным видом отошел от перископа.
– Не пове-ери-или… – протянул удрученно Отто.
– Не знаю. Я думаю о другом. Что, если ваши домыслы о шестнадцатом веке – это бред в лунную ночь? Какими идиотами мы выставим себя перед испанцами. Да и перед командой тоже. Вся Европа будет хохотать над нами до конца войны! Тоже мне полубоги, воины повелителя морей, – передразнивая старпома, с сарказмом произнес Гюнтер.
– Подождите, капитан, не горячитесь. – Отто продолжал рассматривать остров. – Командуйте на всплытие, а там посмотрим. Поставьте себя на место губернатора. Я бы тоже не очень-то проникся доверием к россказням неизвестно где пропадавшего всю ночь пьяного Алонсо. Какими бы суеверными они ни были, но даже для них это слишком.
– Хорошо. – Гюнтер кивнул механику. – Всплываем, Эрвин. Посмотрим, что будет дальше.
Он наблюдал за берегом в процессе всплытия лодки, но там по-прежнему ничего не происходило.
– Идемте наверх, – кивнул он Отто и Герберту. – А ты, Эрвин, держи лодку в готовности к срочному погружению. Не хотелось бы нежелательных сюрпризов, но готовыми надо быть ко всему.
Гюнтер поднялся на мостик. Горизонт был чист. Он осмотрел в бинокль побережье и наконец увидел хоть какую-то реакцию на их появление. На вершине утеса мелькнула человеческая фигура и исчезла, скатившись с вершины вниз.
За ними все-таки наблюдали!
Человек появился у основания скалы, пробежал вдоль пристани, размахивая руками и постоянно оглядываясь на море, устремился к белому особняку на возвышенности. Мелькнув между пальм, он исчез в темном провале дверей.
– К губернатору на доклад, – прокомментировал старпом из-за спины.
Отто с Гербертом по очереди передавали друг другу бинокль.
