Волчий рок полностью

— Зачем ты пришла в Волчий лес, Василиса? — тёплое дыхание касается шеи и вызывает сладкую истому. Я вздрагиваю от неожиданности. Как он оказался за спиной⁈ Горячая дрожь прокатывается волной и сотрясает прилично озябшее тело жарким трепетом. Нос улавливает такой знакомый аромат ели, эвкалипта и можжевельника. Ты пахнешь как чёрный волчок… Свежий, лесной дурман туманит жалкие остатки разума. Может и правда оборотень? Ага, конечно… А ещё дракон, эльф и вампир в одном флаконе. Чушь собачья!

— Василёк? — голос становится мягче, манит хриплым надломом и томной лаской. Детское прозвище звучит так страстно и сексуально из соблазнительного рта лесного маньяка. Судорожно прижимаю руки к груди и густо краснею. Да что со мной⁈ Стою здесь полуголая перед незнакомым мужчиной и млею от сиплого зова. Да не в голосе дело… Одёргиваю сама себя. Почему-то желтоглазый егерь совершенно не пугает. Наоборот. Я тянусь к нему, словно магнит к металлу. И ничего не могу с этим сделать.

— Я… — с трудом ворочаю языком. — Я хотела сказать спасибо…

— За что? — низкий баритон мягко мурлычет над ухом. Сильные руки, увитые стальными мускулами, появляются над водой. Широкие мужские ладони сжимают верх, заключая меня в капкан из мощного тела и мокрой тряпки.

— Ну… Это… Рюкзак… Компас… Телефон… Я… Спасибо… — робко запинаюсь о каждое слово. Язык отказывается слушаться и озвучивать полноценные предложения. С мыслями то же беда. Разбегаются, как тараканы от ядовитого дихлофоса.

— Может, ты хочешь вернуть купальник на законное место? — мелкие волоски становятся дыбом по всему телу от шипящих звуков. Ещё издевается, засранец! Грубо вырываю проклятый лифчик и крепко прижимаю к груди. А как завязать? Слегка шероховатые пальцы мягко поглаживают мою напряжённую спины. И без того трясущиеся колени сильно подкашиваются. Я едва держусь на ногах. Три лёгких прикосновения и верх надёжно закреплён крепким узлом. Прекрасный спаситель ловко осуществил невыполнимую, на мой взгляд, задачу.

— Не за что, Василёк…

Медленно оборачиваюсь и тону. Нет, не в прямом смысле. Гибну в бескрайней бездне цвета тосканского солнца. Мучительное противоречие и губительный огонь полыхают в цепком взгляде незнакомца. Мужчина безнадёжно сражается с собственными демонами. Я вижу безумное отчаяние и опаляющую страсть. Никто и никогда не смотрел на меня так. Яркая вспышка золотыми искрами вспыхивает в глазах и жестокие черти празднуют победу. Проиграл…

Громко рыча, парень стремительно бросается ко мне и притягивает к мускулистой груди. Огромная лапища крепко обхватывает талию. А широкая ладонь плавно ложится на шею. Большой палец нежно поглаживает яростно бьющуюся жилку. Волна хаотичных электрических разрядов разлетаются по венам. Сладко жалят и жгут нервные клетки. Непослушное тело реагирует на «песнь» соблазна яростной дрожью. Порочно красивое лицо незнакомца медленно приближается. Я вижу немое обещание блаженства в звериных глазах. Сейчас поцелует…

— Не надо… У меня есть парень, — едва слышный шелест слетает с губ. Тихая мольба и жалкий писк порядочности служат напоминанием самой себе. Дура…Какая же ты дура, Василиса!

— Ну, тогда беги к нему, глупая мартышка… — мужчина отстраняется и отпускает меня.

Его глазами:

Беги… Беги, дурёха! И не оглядывайся! Пока я держу себя в руках.

«А-а-ар-р-р-р-р!» — зверь настойчиво рвёт поводья и пытается прогрызть путь на волю. Волк жаждет самку. Неистово требует пару. Схватить… Утащить к себе… Целовать… Обнимать… И трахать. Нежно и долго. Но я не могу! Безумно хочу, но не могу…

Три дня рыжая глупышка шаталась на границе Волчьего леса. Искала меня. Звала. Я чувствовал её, слышал каждую мысль, ощущал каждый шаг. Ушибы, царапины и слёзы резали душу тупым, ржавым ножом. Распроклятый аромат земляники, мяты и полыни преследовал везде. Что б тебе сквозь землю провалиться! Даже за несколько километров нос улавливал нежный запах человеческой пары. Больше полынный. Василиса грустила и злилась. Травянистая горечь усиливалась с каждым часом, и сводила меня с ума. Я выл и стонал. Злился. В кровь разбил кулаки об острые камни. Несчастные булыжники. Время, ветер и вода должны были сотворить из валунов песок, а не теряющий рассудок двуликий. Всеми силами избегал встречи с вредной луной. Следил, вынюхивал, высматривал, но не попадался в поле зрения изумрудных глаз.