— Давай, Ясноокая! Где ты там? — громко рычу, глупо растрачивая последние силы. Сознание медленно уплывает. Кажется, я умираю. Или засыпаю. Звуки гаснут в бледнеющей мгле. Утро вот-вот наступит, и ночь уступит свои права. Я делаю глубокий вдох и закрываю глаза.
— Здравствуй, сын мой, — мелодичный голос звенит в предрассветной тишине.
— Ты сражался со скверной один. Почему ты не позвал меня? Мои энергия на исходе, но я могла помочь тебе, — говорит Луна. Хрупкая ладошка богини ложится на мой липкий лоб.
— Нет, Фенрир, ты не умрёшь! В тебе бушует сила первого зверя. Такая мощная магия. Немного отдыха и будешь как новенький. И…
— Я знаю! — грубо перебиваю Ясноокую и хрипло шепчу, — Помоги мне…
— Я… — начинает сероглазая дева и запинается, — Я не могу…
Великая богиня прячет взгляд.
— Верни мне её! — трескучий рык вырывается из груди, — Верни мою человечку! И остальных! Верни мне их всех! Реми, Флеки, Дориана, малышей! Всех оборотней до единого! И моего не рождённого сына!
— Я не могу! — одинокая слезинка скатывается по прекрасному лицу Луны. Голос богини дрожит и срывается:
— Прости… Фенрир…
— Ты и Солнце создали мир! И не один! — гнев на мгновение берёт верх над разумом, — Неужели вы не можете вернуть пару десятков загубленных душ⁈ Прошу тебя… — опомнившись, я начинаю молить вредную деву.
— Это было очень давно… Наши силы на исходе. Дни Солнца и Луны сочтены. Скоро мы покинем ваш мир, оставив будущее оборотням и людям, — едва слышно шепчет Ясноокая, — Прости меня, сын мой… Я хочу помочь тебе, но не могу. Физически не могу. Мне просто не хватит энергии.
— Возьми мою! — я выпаливаю слова, совсем не задумываясь, — Забери мою энергию! И верни их! Это ты можешь сделать⁈
— Могу, — голос богини звучит совершенно спокойно, вредная дева быстро взяла себя в руки, никаких эмоций, — Но ты заплатишь высокую цену. Ужасно высокую.
— Какую? — я пытаюсь перевернуться и подняться на ноги, но тело не слушается.
— Ты умрёшь, — равнодушно отвечает Луна.
— Я согласен! — ни капли сомнений и страха. Единственное, что волнует — это…
— Мой волк? — едва слышно выдыхаю, — Он тоже погибнет?
— Да, — Ясноокая всё так же холодна и немногословна. Тебе всё равно, сероглазая стерва!
— Мы согласны!
Странная сила ставит меня на ноги. Покачиваясь, я иду к моей драгоценной крошке.
— Я люблю тебя, мартышка!
Я всматриваюсь в прекрасное лицо человеческой луны.
Нет! Фенрир, не надо! Довольно!
Я вижу, как Ясноокая богиня медленно приближается к двуликому, присаживается рядом. Изящная рука ложится прямо на сердце желтоглазого зверя. Серебряная энергия древней Луны струится вокруг прозрачными всполохами. Светлые потоки проникают в тело Фенрира. Я чувствую боль любимого. Адскую, нестерпимую боль. Дьявольское пламя сжирает чёрного зверя.
Серебро выдирает неистовую антрацитовую магию из сильного оборотня, разрывает кожу и мышцы.
— Давай, Василёк, — хрипло шепчет Фенрир, — Давай, моя глупая мартышка! И ты, малыш!