‑Я просто вне себя от восторга! Сейчас разрыдаюсь ‑ ответил он. ‑ И почему ты ходишь в моем халате?
‑Я нашла его в твоем шкафу, и он показался мне вполне удобным. Кстати, я немного потеснила твои вещи, чтобы вместить свой гардероб.
‑Кажется, моя размеренная жизнь только что превратилась в ад!
‑Боже, почему у меня такой неблагодарный брат? ‑ театрально закатила глаза к потолку Николь.
‑Ты знаешь, я не уверен, что ты получишь ответ. ‑ сказал он сквозь смех
‑Ладно, я прощаю тебя не сегодня, пошли ужинать. И кстати, я расположилась в твоей спальне, а тебе придется перебраться в гостевую на время.
‑Интересно, мое мнение кого‑либо интересует здесь?
‑Нет, до тех пор, пока тут живу я.
Они поужинали и пошли в гостиную, посмотреть телевизор, когда Джон включил на спортивный телеканал, Николь выхватила у него пульт из рук и выбрала музыкальный канал, если это можно так назвать. Душераздирающие вопли не привлекали мужчину, и он решил отправиться спать, чтобы только не слышать этого кошмарного пения.
‑Эй, куда ты? ‑ спросила его сестра
‑Подальше отсюда, пончик.
‑Не называй меня так! ‑ прикрикнула на него Николь
‑И что ты мне сделаешь?
‑Ты несносный, невыносимый, противный и жалкий адвокатишко.
‑Я польщен таким количеством комплиментов, ‑ ответил Джон, и в тот же момент в него полетела подушка. Он не успел увернуться, и предмет мебели ударил его по голове, а довольная Ники показала брату язык и повернулась лицом к телевизору, как ни в чем не бывало.
Джона не мог сердиться на сестру, при всех ее недостатках, она была единственным родным человеком в штатах, и он безмерно был рад только потому, что она была рядом. Конечно, Николь часто выводила его из себя, но при этом она всегда была жизнерадостной девушкой, и всегда могла поднять его настроение даже в самые тяжелые дни. К тому же в том что его сестра была немного разбалованной, была и его вина, ведь когда она была малышкой он потакал ей во всем, в прочем и сейчас ситуация не поменялась коренным образом. Но Джон не мог отказать сестре и продолжал баловать ее, при этом, не забывая пожаловаться на свою тяжелую братскую долю. Мужчина уже лег в кровать в гостевой комнате, когда дверь открылась и в проеме показалась голова Николь.
‑Ты уже лег спать? Так рано?
‑Да. Я устал.
‑Ну, Джон, мне скучно. Давай поболтаем или фильм какой‑нибудь посмотрим, ну пожалуйста.
‑Ники, я устал.
‑Ну как всегда. Тебя невозможно расшевелить.
‑Послушай, если ты так хочешь поговорить, я разбужу тебя завтра в шесть утра и с удовольствием побеседую с тобой.
‑Нет! И не надейся даже, в такое время я буду спать.
‑Вот мы и разобрались. Спокойной ночи, Ники.
‑Чтоб тебя кошмары замучили. ‑ сказала она и захлопнула дверь
Утром, Джон обнаружил свою сестру на кухне, она готовила омлет с сыром, и не заметила его прихода. Он наблюдал за тем, как сестра взбивает яйца и добавляет натертый сыр, его желудок заурчал от предвкушения и он подумал, что все‑таки в присутствии сестры есть определенные плюсы.
Николь унаследовала черты матери, которая была испанской по происхождению, смуглая кожа, черные глаза, невысокий рост и пышные формы придавали ей какое‑то особое очарование. К сожалению, девушка не считала свою внешность привлекательной, и не смотря на все уверения брата и родителей, не ощущала себя красавицей.
‑Привет, Ники! Что ты делаешь?
‑Доброе утро! А ты не видишь, что я готовлю? Может тебе следует сходить к офтальмологу?
‑Мне интересно, что ты делаешь на кухне в такую рань? Для тебя же утро начинается в то время, когда у остальных людей уже закончился обед.
‑Решила порадовать тебя, но не сильно привыкай. И вообще‑то мне тоже нужно идти на работу, кстати, раз уж тебе так повезло, что у тебя сестра гениальный дизайнер, я займусь твоим интерьером.
‑Нет!
‑Но почему?
‑Это не обсуждается, ты ничего не будешь менять в моем доме.
‑Расслабься, я пошутила. ‑ она толкнула Джона в бок, а потом властным жестом указала ему на табуретку ‑ присаживайся уже и не путайся под ногами
За завтраком они вспоминали забавные истории из детства и два часа прошли за оживленным разговором, а потом Джон собрал документы и отправился на работу.
Холли сидела в офисе и думала о недавнем разговоре с подругой, они ужинали вместе в небольшом уютном ресторанчике. Сэм рассказывала о своих скучных буднях и жаловалась, что журналист в ней хочет острых ощущений и шокирующих историй, а ей попадаются лишь унылые рассказы о том, как кто‑то провел церемонию, построил новый центр.
‑Ну вот скажи мне, разве тебя заинтересует информация о том, что вчера на главной улице Нью‑Йорка обновили все фонарные столбы? ‑ возмущенно спросила
Услышав про столбы, Холли поперхнулась чаем и, прокашлявшись, смогла произнести:
‑Возможно. Смотря, с какой стороны на них посмотреть.
‑Как ты можешь так говорить? Я рассказываю о трагедии в своей жизни, а ты издеваешься надо мной.
‑Ничего подобного. Просто я действительно считаю, что даже эту тему можно осветить так, чтобы читатели не могли оторваться. Ты справишься. Можешь написать, что они не подходят по оттенку к тротуарной плитке.
