— И это нас ни к чему не обязывает.
— Верно! Просто маленькая шалость…
Юки вдруг замолчала и резко выпрямилась. Она сильно побледнела и сжала в пальцах мешочек с камнем души, висящий на шее. Ушки Волчицы резко встали торчком, а хвост пробился из-под юбки и распушился. В зелёных глазах появился первобытный страх.
Агнар насторожился и быстро спросил:
— Что с тобой?!
— Он узнал… — прошептала Юки, бледнея ещё больше.
— Кто узнал? Про что ты говоришь?
— Тот, кто запер мою душу в камне! Он узнал, что я сбежала! Трижды проклятый Окума! Я чувствую его злость! Нужно бежать, спрятаться, затаиться! Я не вернусь обратно, не вернусь!!!
Юки затряслась всем телом и спрыгнула на пол. Ей овладела паника, с которой она не могла справиться сама. Белая Волчица стала метаться по комнате, словно ища безопасный угол. Со стороны это выглядело очень жутко.
Агнар поймал Юки за плечи и крепко прижал к себе. Он погладил её по волосам и успокаивающе прошептал:
— Всё будет хорошо! Обещаю! Здесь тебя никто не найдёт.
Юки громко разрыдалась, а затем вдруг обмякла. От переизбытка чувств она лишилась сознания.
Агнар поднял Юки на руки и перенёс в кровать. После этого он снял с неё верхнюю одежду и укрыл одеялом. Излишняя бледность на лице Волчицы сильно пугала, но её дыхание постепенно возвращалось в норму.
— Кто же такой этот Окума? — тихо спросил Агнар.
Но ответить на этот вопрос было некому.
Юки не пришла в себя даже к вечеру. Она безвольно лежала на кровати и время от времени тихо стонала. Бледность лица Волчицы внушала беспокойство, её губы потеряли яркий цвет, а дыхание стало быстрым и прерывистым.
К ночи метания и стоны прекратились. Юки успокоилась и провалилась в глубокий сон. Но даже так она время от времени вздрагивала и шептала: «Окума, умоляю тебя, оставь меня в покое».
Агнар до самого заката не отходил от постели с больной. Он поправлял постоянно сползающее одеяло и менял мокрые полотенца. В голове наёмника роились неприятные мысли, от которых не было покоя.
Наступила ночь. На улице стало темно, только жёлтая луна разбавляла мрак. За окном стрекотали сверчки и цикады. Где-то вдалеке ухали совы, собираясь отправиться на охоту. Иногда за стенами города слышался дикий собачий лай.
В комнате было спокойно. Свет луны пробивался сквозь ставни, оставляя на полу яркую полосу.
Агнар уснул, он был сильно вымотан. Переживания за спутницу лишили сил.
А вот Юки пришла в себя. Она лежала с открытыми глазами и вслушивалась в темноту. Звериные ушки на голове остро реагировали на каждый звук, а тело вздрагивало даже от щелчков растрескавшихся балок на крыше гостиницы.
Юки дождалась полночи, а затем спустила ноги на пол и встала с кровати. Волчица двигалась невероятно тихо, словно не весила даже грамма. Она собрала свою одежду и на мгновение остановилась. Зелёные глаза смотрели на Агнара, а губы тихонько шептали какие-то слова, так похожие на извинения.
Наконец Юки тихонько всхлипнула и направилась к двери.
— И куда это ты?! — спросил Агнар, приподнимаясь на локте.
— Ай! — испуганно взвизгнула Юки.
От неожиданности она даже присела, но затем выпрямилась и обиженно посмотрела исподлобья. В этом взгляде одновременно были печаль, раздражение и толика обиды на весь мир.
Юки поджала губки, а потом резко выпалила:
— Не пугай так! Ты ведь спал, я видела!
— Я наёмник, мой сон очень чуток. Лучше скажи, куда ты собралась в такое время? Не думаю, что решила просто прогуляться под луной.
— Я ухожу! Навсегда! — ответила Юки дрогнувшим голосом.
— Вот как? Когда женщины сбегают посреди ночи, они обычно забирают с собой кошелёк мужчины…
— Я не воровка! Я взяла только одежду!
— И как тогда ты планировала жить без денег?
Агнар не дождался ответа и поднялся с кровати. Он прошёл к двери, запер её на засов и опёрся о деревянные доски спиной.
— Не выпущу, пока не объяснишься.
— Я не должна ничего говорить! Отойди!
Юки попыталась оттеснить наёмника, но сделала это крайне неубедительно. Было видно, что она не горит желанием уйти. И всё же внутренний страх подстёгивал её к действиям, даже если они были всего лишь фикцией.
Агнар сложил руки на груди и потребовал:
— Рассказывай, что ты задумала. К чему такая спешка? Это всё из-за Окумы?
— Я не могу сказать, — почти пропищала Юки, вздрогнув при упоминании проклятого имени.
— Получается, ты решила бросить меня просто так? А я думал, что мы стали друзьями. Разве мы не помогали друг другу? Не спали в одной телеге? Не пили и не ели вместе? А? Всё это для тебя ничего не значит?
— Значит! Для меня это важно! — воскликнула Юки.
Она подалась вперёд и тут же снова поникла. Ушки печально прижались к голове, а взгляд зелёных глаз потух.
Юки собралась с силами и произнесла:
— Ты просто не знаешь, на что способен Окума. Я должна уйти, чтобы обезопасить тебя. Мне самой от этого тошно! Мы путешествуем всего несколько дней, а я уже испытала больше эмоций, чем за все прошлые века!
— Тогда останься.
— Не могу! Окума убьёт тебя, а меня снова посадит на цепь. Мне нужно сбежать как можно дальше, спрятаться в лесах!