— Ох, братан, ну ты даёшь. Я же ему твёрдо сказал нет, а он… вот и попали. Ладно, без стрельбы обошлось. Но дальше-то теперь что?
— Хитрожопый он, — Женя закатил глаза вверх и затянулся сигаретой, которую ему подал Лёня. — Вот мы лоханулись со Славой. Протупили оба, вместе же стояли на крыльце, всё видели. Поехали с ним на его марковнике, доехали до чьей-то конторы. Сели в приёмной, там секретарша такая модная, блондиночка с такой вот, — он обвёл в воздухе округлости левой рукой. — Кофе принесла с сахаром… а потом как налетели омоновцы!
— А вы?
— Ну так дядя Лёня учил, что с ментами драться… кхм… что нельзя оказывать сопротивление сотруднику милиции, — Женя покосился на оперов. — Они у нас корочки забрали, газовые пистолеты, и там ещё баллончик был со слезоточивым. И сигареты.
— На газовые разрешение есть, — пояснил я руоповцам. — На баллончики не требуется, ничего запрещённого нет. И ничего они не делали, верно, товарищ капитан?
Рыбин внимательно смотрел на нас, переведя взгляд с меня на Женю и Лёню.
— Вот всё равно не верю, — пробурчал он. — Ни единому слову. Раньше верил, но сейчас…
— Давайте устроим очное с этим Шимановым, — предложил я. — И с этим пострадавшим тоже. Парни сидели, пили кофе, ничего не знали, боевого оружия при себе не было. Шиманов просто привёл двух бугаёв свирепого вида и в форме, думал, что сработает.
— Морды у вас протокольные, — добавил Лёня с ухмылочкой, положив Жене руку на плечо. — Хотя ладно, у Жени-то интеллигентный вид, а вот Слава-то из тех, кого в тёмном переулке встречать не хочется. Да я шучу. Но смысл есть, Серёга. Думал этот Шиманов, что их хватит, чтобы запугать. Но своих быков не было.
— И я уверен, что пивзаводские про это дело толком не знали, Шиманов сам полез, — напирал я. — И хитрый, всё равно подошёл после отказа. Вот чего и руку жал, смотрит, что парни видят. А так бы случилось дело и всё.
Рыбин тяжко вздохнул.
— Где заявление? — спросил он у Савватеева. — Надо сверить.
— Где-то тут было.
Тот показал на стол, с которого всё ещё злой усач вытирал колу. Много времени у него на это уйдёт. Не знаю, из чего тогда делали эту сладкую жижу тогда, но она въедалась во всё, что можно, а ещё давала мощную пену.
Капитан Рыбин заматерился, увидев грязно-коричневый размытый комочек бумаги, в который превратилось заявление.
— Твою ж мать, — простонал он. — Ну как так-то? Надо…
Руоповец потянулся к телефону, красному дисковому аппарату, чтобы позвонить, но тот затрезвонил сам.
— Рыбин, — представился капитан. — Да, Виталий Борисович. Вот как раз допрашиваем… понял, — он удивился, а потом воскликнул: — Как написал встречное? Понял. Понял.
Так он мог говорить только с начальством. Причём не с местным милицейским, которому здешний отдел УБОП не подчиняется, а со своим.
— Нет, как раз… да, хорошо… так, — Рыбин взял ручку и что-то начал записывать. — Передам, да. До свидания.
Он положил трубку и вырвал листок.
— Адмиральский, пострадавший, написал встречное заявление, — мрачно сказал он. — Что претензий не имеет.
— Типа отозвал, — пояснил Лёня Жене, который наморщил лоб, не понимая, что это значит.
— Свободны, — Рыбин вздохнул. — И вот ещё, вас попросили перезвонить по этому номеру.
Я взял вырванный листок и присмотрелся к номеру, а потом быстро нашёл его в записной книжке своего мобильника. Ого, кто это про меня вспомнил. Но надо позвонить, может, прояснит, что случилось. Хотя наверняка у него есть ко мне какое-то дело.
Чуть позже, частный сектор Новозаводска
— А в чём дело с барыгами? — спросил Душман. — А то менты, говорят, наехали, что они хотели?
Он сидел на переднем сидении своего крузака, Студент сел сзади. Машиной управлял Федя, один из бойцов Душмана, неразговорчивый загорелый мужик с длинными усами.
— Да слушай, Николаич, — сказал Студент. — Такая хрень вышла. Ко мне подходил этот Шиманов, барыга, попросил людей. Я не дал, но дал номерок Волка, как раз вроде же его тема с телохранителями.
— И что? — Душман повернулся к нему.
— Откуда я знал, что Шиманов полез на Андрея Адмиральского? — Студент развёл руками. — А Адмирал платил за крышу нашему Цыгану, Шиманов этого не знал. Вот сегодня надо с Шимановым побазарить, уладить вопрос. И с Волком тоже, а то вышло, будто я его подставил под ментов.
— Так там менты всё-таки были? — уточнил Душман. — Рубоповцы или кто?
— Ага, рубоповцы. Но Цыган, как узнал, сказал Адмиральскому, чтобы тот отзывал заявление, что сами порешаем. А то менты заставили писать на горячее, барыга растерялся и написал. Ну зато Шиманов попал, ха, — Студент закурил. — И Адмиралу теперь должен, и Цыгану за беспокойство, и мне, и ещё как-то с Волком должен расплатиться за подставу.
— Ты погоди, Ваня, — Душман задумался. — А откуда менты взялись? Адмирал их вызвал? Или кто?
— Базарит, что не вызывал. Я и сам думаю, какие менты, Николаич? Адмирал бы Цыгану позвонил, тот бы с бригадой своей приехал.
