— Берут рогатку, кладут золотишко и выпуливают за территорию. Братки потом пацанов нанимали местных, заставляли прочёсывать всё, чтобы всё золото найти. Кто приворовывал, тому ноги калечили, но не руки. Как этим неграм в Африке, которые алмазы добывают. Вообще, там звери были, никогда больше таких не видел. Ничего человеческого в них не осталось, кроме жадности.
— И что в итоге?
— Так начали они друг с другом воевать, всё мало им было. Короче, замочили и пахана, Вовку Бешеного, и его друганов, Вадьку Смурного и Крокодилыча, сразу спокойнее стало. Я же их там всех знал, подонков этих, а они всё ко мне подход искали. Но я потом договорился на этот комбинат, тут лучше условия.
— У нас хоть железо, — сказал я. — Воровать тоже будут, но не так, как золото. В задницах точно выносить не будут.
Антонов засмеялся, потом перешёл к обсуждению недавнего покушения на Шеварднадзе. Но это интересовало его в плане того, что тогдашнего президента Грузии спас бронированный мерседес, а директор комбината хотел себе именно такую машину.
Доехали до города, высадили Антонова у городской администрации, где я вернул его под опеку охранника Тимура. Ехать в ФСБ ещё рано, встреча с Ремезовым назначена через полчаса, вот мы с Женькой и поехали в сторону рынка, где нас должен был ждать Слава.
Дул сильный ветер, небо тёмное и серое, будто вот-вот пойдёт снег. Только середина февраля, а в наших краях весна начинается поздно, так что зима будет долго. Ещё и температура показывала свой резконтинентальный норов, когда днём было чуть ниже нуля, а ночью опускалось до минус тридцати, а то и сорока.
Славы пока не было, зато я встретил брата. Кирилл стоял со своей девушкой напротив главного входа и с интересом смотрел за суетой, которая разворачивалась на рынке.
— Чего там такое, Кирюха? — спросил я, пожимая ему руку.
— Цыгане пришли! — воскликнул брат, показывая на толчею. — И как наводнение прошло! Между рядами идут и всё тащат, что под руки попадается. Девки сумки прикрывают, мужики карманы держат, а продавцы на прилавки улеглись, на товар, чтобы ничего не украли. Драки, маты со всех сторон, менты потом налетели. Кого-то там п***т ногами…
— Не матерись.
— Ну, в общем, веселуха идёт, — разошедшийся Кирилл успокоился. — Потом братва налетела, все сбежали, теперь снаружи трутся. Мы прогуляться пришли с Алёнкой, а тут такое!
— Не стоит, раз такое идёт. Сходите в кафешку лучше, — я залез в карман и достал оттуда несколько купюр по сто тысяч, старого образца, которые ещё ходили, и одну новую сторублёвку. — Только в приличную.
— Ништяк! — Кирилл торопливо убрал деньги, чтобы никто не увидел. — Спасибо, Макся! Зырь, они уже здесь.
Мимо нас торопливо прошла грустная девушка в короткой серой шубке и с сумочкой в руках. Через пару секунд дорогу ей преградила пожилая цыганка в пуховом платке.
— Девушка, а как пройти до вокзала? — вежливо спросила цыганка.
— Вам нужно в другую сторону, — девушка остановилась и начала показывать направление.
Это было зря, потому что цыганка тут же подскочила к ней и начала тараторить:
— У тебя большое горе случилось, страдание большое, сама страдаешь, дети твои страдать будут, черноту эту снять надо…
— Э! — вскричал Женя, наблюдая за сценой. — Ты чё там творишь?
Он пошёл туда, я следом, чтобы прикрыть его со спины, потому что такие ворожеи без охраны не ходят.
Но обошлось, нас откуда-то знали. Один из крепких смуглых парней, которые сразу выдвинулись из толпы на входе у рынка, посмотрел на меня, удивился, очень громко свистнул, и они все свалили вместе с ворожеей. Девушка в шубке с удивлением огляделась, но вокруг никого уже не было. Она покачала головой и пошла дальше.
— Сейчас бы всё вытащили, — Женя сплюнул. — Только начнут и не отпустят, пока все деньги не выгребут. Осторожнее надо. Тогда сам видел, как у одной всё вытащили, и деньги, и часы, и цепочку.
— Чё ты панику поднимаешь, Коваль? — к нам подошёл Слава, на ходу поедая горячий пирожок с картошкой, завёрнутый в бумагу. — Опять чё-то устроил? Только тебя и слышно.
— Да, всё уже, разобрались, харэ ныть, Славян, — Женя вдруг загадочно улыбнулся, будто что-то весёлое пришло ему в голову. — Тут это, Славян, мы сейчас Антонова подвозили. Он и говорит, что работники могут продукцию в задницах выносить, так что надо каждый день проверять. Вот короче, ты теперь за это отвечаешь и будешь лично смотреть в каждую…
— Иди ты сам в жопу, Коваль, — огрызнулся Слава, но совершенно беззлобно. — Придумал хрень какую-то, как всегда. Я же ем!
Они продолжили эту лёгкую дружескую перепалку. Я махнул рукой Кириллу, чтобы шёл дальше, и достал из кармана ключи от БМВ.
— Ладно, парни, — я протянул их Жене. — С вами весело, но мне надо в управу ФСБ. Пообедайте без меня. Если не успею освободиться к этому времени, то в магазин езжайте сами. Камеры заберите в коробках, всё договорено с хозяином.
— Понял, — Женя кивнул.
— И обязательно все чеки надо взять, потому что оплата по безналу идёт. И скажи хозяину, что одна из новых камер сильно рябит, пусть он человека отправит, чтобы посмотрел. Если что, пусть меняет.
