Латыпов закашлялся и посмотрел на своего сопровождающего, крепкого оперативника с автоматом. Тот как раз только что убрал телефон в карман.
— У него поддельные документы, кх, — Латыпов прохрипел и потёр горло. — Дежурный, в изолятор его! И ствол забери, он ворованный!
Ствол у него точно не ворованный, и документы должны были быть в норме. Усатый дежурный смотрел на офицеров ФСБ не скрывая, что думает о том, куда его втравили. Подчинишься — будут неприятности, не подчинишься — тоже.
Но наглый Латыпов был непреклонен, его лучше знали, а ещё у него было выше звание. Кузьмичёв начал было спорить, махать корочкой и требовать отойти, но милиционеры, переглянувшись с неуверенным видом, схватили Кузьмичёва за руки и завернули.
Тот вскрикнул, корочка упала на пол, пистолет был изъят из кобуры, и это не ПМ, а какое-то другое оружие, подороже. Латыпов посмотрел на свои часы с потрёпанным ремешком.
— Да вы чего? — вскричал Кузьмичёв. — Вы кого слушаете? Этот бурят совсем уже от старости е…
— Но-но, — одёрнул его Латыпов. — Поговори мне тут, умник! Уведи его… кх… и быстро! Дозвонился? — он глянул на своего помощника.
— Да, уже едут. Узнал нашего друга, — оперативник кивнул на меня. — Решил не спорить, а мы ему порекомендовали не опаздывать.
— Ты его прямо тут колоть решил? — тихо спросил я. — В милиции? Пока начальство не в курсе? И поэтому на часы смотришь?
— Потише, — Латыпов сдавленно кашлянул. — Очную ставку им устроим, раз он сюда приехал. Я думал, он куда-нибудь в тихое место уедет, придётся догонять и вставить, а утром… кх… Но так тоже хорошо… кх! Успеем. Слушай, Волков. Спроси у него, сколько ему хотели заплатить? И он сразу расколется.
— У майора?
— Не, у твоего знакомого одного. Он тебя сегодня видел, а мы настоятельно рекомендовали ему приехать сюда поговорить. Идёт к нам, а у нас всего полчаса, пока Кольку не хватились.
— А потом что, начальство проснётся? Он что, родственник вашего генерала?
— Зять его двоюродного брата. Не особо близкий, но Колька умеет жопы целовать, вот его прикрывают.
Латыпов недовольно поморщился и достал телефон, присматриваясь к маленькому экрану. Пока тихо, время позднее, звонков ещё не было.
Кузьмичёв должен был встретиться с каким-то бандитом, но Латыпов решил заявиться на эту встречу, нагло и не скрываясь, но чтобы при этом мелькнул я. У меня же архивы, и я говорил с Батумским, о чём в курсе вся читинская братва.
И снова никакой официальности, у Латыпова своеобразные методы работы. Ошибётся — начальство выгонит его на пенсию, а то и заведёт дело, поэтому он торопился. Но пока же у него всё было под контролем.
Я ещё не до конца понимал, что замутил старый подполковник, но раз он не увозил майора к себе в управу, значит, не хотел, чтобы кто-то там знал о происходящем.
Обалдевшего от такого расклада Кузьмичёва увели, а Латыпов строго смотрел на каждого милиционера, чтобы никто не догадался позвонить руководству. Но я думал, что всё равно хоть кто-нибудь, да предупредит.
Тем временем снаружи остановился тёмно-красный джип Чероки, в котором приехал один человек. А я его видел недавно, это же тот самый Бекас, который подходил к нам с Тамарой в кафе. Короткостриженый мужик под сорок со шрамом на лице неохотно вошёл в отделение, огляделся и поцокал языком, а потом кивнул мне.
— Кабинет нам организуй, — потребовал Латыпов у дежурного. — Устроим там допрос. Да живее. Как у тебя фамилия?
— Новиков, — тот вздохнул ещё раз. — Ты чё, Ринчиныч, опять меня не признал?
— Саня Новиков? Ты чё, похудел? — Латыпов пристально посмотрел через стекло. — Короче, дай мне кабинет и полчаса, потом сами уйдём и даже мусор с собой захватим.
— Эти ваши тёрки ментовские, — Бекас достал из кармана чётки из белого и зелёного камней, и несколько раз их крутанул. — Нас-то зачем туда втягивать?
— А это ты мне скажешь, — отозвался Латыпов.
— Когда комитетские между собой разбираются, — сказал я. — Лучше к ним не лезть, а то оставят крайним.
— Золотые слова. — Бекас цокнул языком. — Вот и я так решил.
— Решил ты, как же, — Латыпов хмыкнул. — Если бы мы к тебе не приехали… кх-кх… ладно, за работу.
Кабинет нам нашли быстро, милиционеры завели туда Кузьмичёва и привычно приковали к ободранной батарее, следом вошли мы с Бекасом, а Латыпов закрыл дверь на ключ изнутри.
— Сейчас Емельянов узнает, — пуча глаза от злости произнёс Кузьмичёв. К нему возвращалось самообладание. — Сюда прилетит и…
— Помалкивай пока, Коля, — Латыпов сел за стол, заваленный картонными папками с делами, и поставил японский диктофон перед собой, но не включал. — Вот ты, Костя Самойлов, — он кивнул на Бекаса. — Держишь казино.
— Оказываю услуги по безопасности, — сказал Бекас, подошёл к окну и закурил. — Если хотите поиграть в рулетку, то…
— И много к тебе чекистов ходит?
— Редко. Так себе у вас зарплаты, у меня даже рядовые пехотинцы больше получают…
— Сколько он тебе предлагал за меня? — спросил я, уже догадываясь, для чего Латыпов меня позвал.
