— Не надо благодарности, — ответил лавочник, — вы свое отработали. Вы мне лучше прозвища свои назовите, вот это будет для меня благодать.
— Зачем тебе это?
— Вдруг кто про вас спросит?
— Шрамом меня кличут, а вон та сорока, — наемник обернулся на дверь, — Мультитул.
— Ишь ты! Ладно, давай, до встречи.
— А рацию забрать?
— Оставьте себе. Судя по расспросам, дело серьезное. Может, за вами кто-то будет следовать. Я не ответить права не имею, но если что — предупрежу.
— Ещё раз спасибо. Я пойду, а то… как бы там этот фрукт не натворил чего-нибудь.
— Ну иди, иди…
Шрам вышел из бункера и застал Мультитула стоящим в десяти метрах от двери. Напарник протянул руку с ножом за спину.
— Держи.
— Мне-то он зачем? — наемник взял мультитул из рук "тезки".
Петр ждал ответа "на память", но знахарь печально вздохнул и произнес:
— Чтобы был. Пойдем за рюкзаками на ферму.
Они медленно зашагали, чтобы было удобно продолжать разговор.
— Почему себе его не оставишь?
Провидец молча оттянул цепочку под нагрудным крестом. На ней висел более широкий ножик.
— Восемьдесят функций. Оригинальный, швейцарский. Отец подарил.
— При каких обстоятельствах?
— На двадцатилетие. У него напарник был небедный, на родину ножа съездил, сувенир привез.
— И это в Советском Союзе?
— Тогда уже и союза почти не было. Восемьдесят четвертый год, «послебрежневская гонка». Сам понимаешь.
— Восемьдесят четыре минус двадцать… Шестьдесят четвертый… И это получается… Охренеть! Тебе сорок семь?!
— Ну, да. А ты сколько бы дал?
— Лет тридцать пять от силы. Ты чего, спать в банку со спиртом ложился?
— Ну, мне не от чего было стареть. Раз в три дня выйти за артефактом, к Каланче да домой. Вот и все дела.
— Удивительно…
— Ладно тебе, ускоримся. Уже темнеет…
Глава V I.
Когда от солнца осталась только желто-оранжевая полоска на горизонте, Шрам включил налобный фонарь. Судя по всему, Мультитул боялся темноты, поэтому старался идти как можно ближе к свету.
На ферме горел один единственный убогий фонарь, и тот в конце двора. Весь остальной свет создавали фонари сталкеров.
— Ребята, это снова вы! — Кочан был очень приветлив.
— Снова здравствуй, — кивнул знахарь.
— Вы куда дальше собираетесь? — спросил Ферзь, сидевший у костра.
— Сейчас сумки заберем, да на Свалку, — ответил многословный провидец.
Наемник подошел к нему и тихо сказал:
— Знаешь, плакат про тебя в СССР был?
— Какой?
— "Болтун — награда для шпиона". Это я к чему: поменьше рассказывай.
— Я же не сказал им, на какое задание мы идем. Так что, нам ничего не грозит.
— Как это, на Свалку? — удивился Клей. — Ночью?
— А чего такого? — спросил Петр.
— Вас там бандюки схватят, в концлагерь отправят! — продолжал запугивать Жираф.
— Не схватят, отобьемся, — все так же уверенно говорил Шрам.
— И не таких крепких крутили! — настаивал вместе со всеми Крап.
— Ребят, останьтесь от греха подальше, на ночь, — как черт из табакерки, появился Валерьян. — У нас и матрацы лишние найдутся.
— Слушай, — обратился к наемнику Мультитул, — может, не будем их нервировать? Останемся, а рано утром, часиков в шесть, уйдем.
— Ты поспишь, а я чего делать буду?
— Посидишь у костра! Здесь добрая доля сталкеров на ночь спать не ложатся, лагерь охраняют, вот и послушаешь анекдоты!
— Ладно, уговорили. Остаемся.
— Вот и отлично! — крутнул ус Валерьян. — Я велю вам еды выдать. Колбаски там, консервов.
— Нам бы энергетику, — вежливо попросил знахарь.
— И его найдем! Зайдете к Шилову, скажете, пришли благодарность получать.
— Слушаюсь! — провидец как мог изобразил солдата, но стать смирно с тростью не получалось.
Глава лагеря зашел в правое здание, где сидел торговец, а затем удалился в свой кабинет.
— Пойдем, сходим за припасами, — предложил Мультитул. За неимением иного досуга, наемник согласился.
Вновь пришедших гостей Шилов встретил как родных.
— Ну, здорово! — сказал он. — Вам на ночь припасов дать?
— Да, Валерьян велел, — знахарь тряхнул головой.
— Тогда держите, — торговец стал выставлять на прилавок разные баночки: "Килька в томате", "Сайра в масле", "Тушенка свиная", "Перловая каша с мясом". Затем лавочник поставил на стол три банки энергетика. — Забирайте!
Провидец подошел и распихал консервы по нижнему ряду карманов, после чего поблагодарил и направился за своим мешком. Петр не спешил погружать себе на плечи тяжелый рюкзак с библиотекой, поэтому решил пообщаться с Шиловым.
— Слушай, Шилов, — окликнул он, опершись локтем на стойку, — а откуда ты товар берешь?
— Ну, это не очень интересная история. По сути, я перекупщик. Все, что у меня на витрине, я покупаю у Сидоровича. Но тут только самое необходимое. Из оружия — ружья да пистолеты, патроны всех калибров, но помаленьку. А вот едой вдоволь закупаюсь, как видел.
Из темного конца здания появился Мультитул.
— За хлеб-соль спасибо, — сказал он. — Я спать. Шрам, пойдем.
Наемник поклонился и вышел.
— Чего тебе ещё надо? — спросил он.
— Ну, ты же всю ночь скучать будешь, так? — знахарь залез свободной правой рукой в карман на уровне груди и достал какую-то коробочку. — Вот и постараемся тебя зарядить позитивной энергией на семь часов.
