— Мясо — в холодильнике, овощи — в нише, крупы — на антресолях! — прокричал ему вслед бармен. — Пока солонины нарежь!
Знахарь ничего не ответил, но вскоре послышался хлопок двери холодильника и стук ножа.
— Я потом тарелку заберу! — закончил беседу владелец. — А ты чего сидишь? — обратился старик к Шраму. — Вон, можешь автомат запустить. Десять тысяч песен, между прочим. А одна песня — десять рублей.
— Спасибо, — отказался Шрам, — но у ваших посетителей уши завянут от моего пения.
— Ну, других не волнует…
Послышалась знакомая мелодия «Колоколов» Маркина и пьяный голос:
— Ты опь…а-ать… Се-о-одня… Не при-ишла…
— Жалко мне тебя… — грустно сказал наемник. — Каждый день такое слушать, уж лучше застрелиться…
— Какие-никакие деньги, да и сталкерам нравится.
— Ладно. Можно я к Мультитулу схожу?
— Иди, конечно.
— Подавайте, — рука знахаря поставила на стойку тарелку с мясной нарезкой.
— Ага, спасибо, — ответил бармен. — И передай ему, что бы рагу овощное готовил. Там у меня внизу книга рецептов, не потеряется.
Старик опять поднял перегородку и отнес нарезку за ближайший столик. Гости понемногу расходились
— Будет исполнено, — Петр шутливо отдал честь и зашел в коридор.
Справа, как и говорил бармен, находилась кухня. Оттуда доносился стук и звон посуды: провидец хлопотал над столом.
— Тебе сказали рагу готовить, — Шрам заглянул в помещение. Оно было размером примерно два на три метра.
— Нет, ты это видел? — Мультитул показал на кабачок, выросший из обширного горшка, и сорвал его. — Такого просто не может быть.
— Ты просьбу слышал?
— Так, не глухие, — съязвил знахарь. — Уже.
— Книгу взял?
Провидец повернулся лицом.
— Ты сомневаешься в моих кулинарных способностях? Подойди сюда, — он поманил рукой.
— Что такое?
— Держи нож, — у телепата в руке был кухонный нож с деревянной ручкой. В другой он держал тот, что обычно носил на груди. — Возьми с из-под стола две луковицы, подай одну мне.
Наемник пожал плечами и выполнил просьбу. Только сейчас он заметил, что трость Мультитула стоит в углу, а сам он, неловко хромая, передвигается по кухне без её помощи.
— Почему трость оставил?
— Мешает. Не отвлекайся. Очисть свою, отходы, как я понял, в то ведро.
У входа стояла самодельная урна, куда следовало выкинуть шелуху.
— Ишь ты, думает, что я без рецепта не справлюсь… Бери нож, будем на скорость резать, крупным кубиком.
— Ты издеваешься? — удивился Петр.
— Я сказал режь! Раз, два, три… Пошел!
Шрам неловко разрезал луковицу пополам, затем стал нарезать её полукольцами. Подняв голову, он увидел, как знахарь изрубил обе половинки и посмотрел на часы и торжественно произнес:
— Семнадцать секунд! Ну, и каково тебе, скептик?
— Ладно, больше не лезу, если все такие умные…
— Отойди, пожалуйста. Я не могу готовить, когда кто-то постоянно преграждает мне путь.
Провидец был до сих пор обижен на Диану. И наемник его понимал, он бы тоже не выдержал, если бы его перепутали, допустим, с… Нет, все-таки такой ситуации в его жизни случиться не могло.
Петр собирался выйти из коридора и направиться переживать ночь в казармы, но чья-то худая рука удержала его.
Глава III.
Обернувшись, Шрам увидел Диану. Её аккуратное запястье лежало у него на локте.
— Не уходите, — попросила она. — Вы можете мне помочь?
— Чем я могу тебе помочь? — спросил наемник, убрав руку официантки.
— Пройдемте со мной, — она засеменила в конец коридора. Петру ничего не оставалось, кроме как идти за ней, чтобы не обидеть владельца.
Возможно, шла она в свою комнату, в которой её «запер» бармен. Помещение, в котором жила Диана, располагалось в самом конце коридора. В стену под потолком была вставлена решетка, а дверь заменяла старая, выцветшая шторка.
Шрам отодвинул шторку и зашел вслед за официанткой. Комната, по сравнению со всеми остальными помещениями, увиденными в Зоне, была просто огромной. Стены были обклеены обоями с мелкими цветочками, под потолком висела люстра на две лампочки, в углу стоял диван, напротив него, на комоде — настоящий ламповый телевизор.
— Хоромы, — произнес вслух наемник. — Похвастаться звала?
— Нет, — сказала Диана, присев на диван. — Вы… присаживайтесь.
Садиться рядом с ней Петр постеснялся, поэтому нашел глазами табурет и, согнувшись со своим ростом в три погибели, сел на него.
— Часто ты сюда сталкеров зовешь? — спросил, чтобы разредить обстановку, Шрам.
— Кроме дядюшки сюда никто не заходит.
— А меня зачем позвала?
— Понимаете…
— Хватит, — не дал продолжить наемник. — Я хоть и намного старше тебя, но это не значит, что я голубых кровей. Разговаривай со мной на ты.
— Ладно. Тогда… Понимаешь, мне очень стыдно за то, что я обидела твоего товарища. Как ты думаешь, он сильно злится?
— У… Я не думаю, я знаю. Сейчас был у него на кухне, так он меня своим ножом чуть было не прирезал.
— Но я же не специально. Просто…
— Я знаю, что такое стереотип. Но не стоит слепо ему руководствоваться. Вот, как ты думаешь, какие наемные убийцы в общении?
— Возможно, резкие, агрессивные, не имеющие сочувствия.
— Ну… Вот, я резкий? Агрессивный?
— Это ты к чему?
— Просто спросил. Так, чего тебе от меня нужно?
