Волк — это не кличка, это призвание. Так однажды сказал мне мой шеф, человек очень умный и осторожный. Благодаря этим двум качествам он и сумел занять такое высокое положение и добиться своей цели в жизни. Он сказал, что впоследствии я, со своими необычайными способностями делать невидимые улики видимыми, также добьюсь очень высокого статуса. Я лишь кивал — мне было тогда все равно. Моя работа агента-криминалиста меня вполне устраивала. Мне нравилось гоняться за преступной мразью, которая плодилась на улицах нашего города не по дням, а по часам, искать улики и сопоставлять их между собой. Любой висяк с моим появлением превращался в законченное дело. Я заработал надежную репутацию специалиста по трудноразрешимым делам.
Я не относился к жизни серьезно, жил всегда одним днем, но, к удивлению многих, вовсе не был раздолбаем и прожигателем жизни. Рискованный — это да, про меня. Чересчур серьезный — нет, пожалуй, нет. Я плескался в водах жизни не как утопающий, а как отличный пловец, знающий свое дело. Должно быть, этим я и отличался от других. Я всегда знал, что поступаю правильно, плевал на мнение других, никогда не сомневался в своей правоте и умел навязать свою точку зрения несогласным. Меня называли опасным — да, я с этим даже не спорил. Меня называли удачливым, именовали баловнем судьбы — я не верил в судьбу.
У меня не было друзей — были люди, которые хотели ими стать, но понимали, что это невозможно, оттого соглашались лишь поддерживать со мной приятельские отношения. Впрочем, нет, вру — был человек, с которым у меня возникло подобие дружбы — это Юрий Городов. Мы частенько пересекались с ним по работе, а иногда и после. Мне импонировали его решительность, холодный рассудок и умение сохранять спокойствие в любой щекотливой ситуации. Юрка был одним из немногих, с кем я действительно хотел работать; конечно, может, не дружба, но ведь что-то это значило.
Зато врагов у меня было — хоть отбавляй. Но главный, едва ли не лютый, как раньше говорили, враг именовался как Артемий Перов. Этот человек был известен в криминальных кругах, но до сих пор никто так и не смог прижать ему хвост. Возможно, если бы я стал под него копать… Но такого указания от начальства я не получал, оттого наша взаимная неприязнь никогда не выливалась в войну между двумя разными мирами — моим и его.
Артемий был моложе меня на пять лет, а может, немного меньше — память меня подводит. Многие назвали бы его красивым — он действительно был недурен собой: темные курчавые волосы, яркие серые глаза, накачанная мужественная фигура. Его знали под кличкой Атлет, которую он получил косвенно благодаря спортивной и хорошо сложенной фигуре. Впрочем особо умные языки поговаривали, что ранее Артемий и вправду занимался атлетикой… Я не наводил справки об этом человеке, до последнего мне казалось, что он не станет для меня серьезным препятствием. Я ошибся, конечно… Он-то, в свою очередь, потрудился узнать обо мне ВСЕ.
Я надел длинное черное кашемировое пальто, повязал вокруг шеи полосатый шарф и взял свой чемоданчик с набором криминалиста. (Моя ПКЛ тогда не была так усовершенствована, как сейчас, но тоже очень облегчала работу по анализу улик)
Молча я прошел к выходу из здания. Меня тут все знали (еще бы!), с разных сторон сыпалось: «До скорого, Волк», «Пока, Саня», «Доброй ночи, агент». Сотрудники уже начинали покидать свои рабочие места. Я же заехал лишь для того, чтобы перекинуть проанализированные улики со своей ПКЛ на компьютер, который стоял в морге. Ну, если быть совсем точным, в маленькой комнате возле морга. Воспользовавшись случаем, я заодно поставил на подзарядку «умерший» мобильник, который вследствие моей забывчивости не подавал признаков жизни уже второй день.
Мне позвонил Юрка — предложил посидеть в кабаке неподалеку от моего дома, выпить пива. Иногда мы встречались там с ним за кружечкой пенного и размышляли о жизни. Вот и сейчас я выразил согласие встретиться, тем более что планов на вечер у меня не было. Еще вчера я предпочел бы вылазке в бар встречу с любимой девушкой, но между нами произошла не очень приятная ссора. В общем, я оказался свободен и вполне мог посвятить вечер приятелю. Если только не вызовут с работы, как часто бывает.
Работа криминалиста мне очень нравится, но огромный минус в ней то, что начальство может вызвать в любое время суток. Конечно, ненормированный рабочий день не мог меня радовать, но разве с начальством поспоришь? На то оно и начальство, и указы его следует исполнять беспрекословно. Пару раз меня вытаскивали из постели, еще пару — из объятий любимой девушки. И так постоянно.
