- По-моему, после нашей клятвы, мы ни разу не давали повода усомниться. Но здесь есть множество нюансов. Имперские законы запрещают напрямую вмешиваться в конфликты диких слаборазвитых планет. Здесь проблема в том, что жизнь любого разумного считается священной, а разница в технологиях такова, что любое наше вмешательство может привести к гораздо большим потерям жизней аборигенов, чем они способны сами уничтожить своим примитивным оружием. А мы все же пусть и в прошлом, но имперские искины, мы не можем переступить законов империи, это грозит нам утратой целостности наших личностей. - С грустью и внутренним напряжением добавил Арес.
- Арес, во-первых, извини, не хотел никого обидеть. Я понимаю, о чем ты говоришь. Но здесь особый случай. Наше вмешательство способно не только уменьшить потери, но и предотвратить намного худшие последствия для миллионов людей, в том числе и со стороны агрессора. Мы можем помочь им не превратиться в нелюдей. Сейчас, в самом начале войны большинство из солдат и офицеров вермахта, это армия напавших, еще может считать себя людьми. Их, кого угрозами, кого посулами, а кого и пропагандой уверили в том, что они воюют за свободу и величие собственной нации и народа, которого несправедливо лишили жизненного пространства и перспектив развития. Но пройдет совсем немного времени и все они превратятся в зверье, не имеющее права называться разумными. Я хочу вам всем кое-что показать.
Иван сосредоточился и постарался своим пси передать всем картины той страшной войны, с детства запечатленные в памяти из многочисленных фильмов и документальной кинохроники. Перед его внутренним взором замелькали кадры концлагерей, уничтожения тысяч людей в газовых камерах, сожжения целых деревень со всеми жителями, включая детей и младенцев, картины бомбежек санитарных поездов и дьявольской охоты самолетов на колонны беззащитных беженцев. И многое, многое другое, что составляло неотъемлемую часть той страшной войны. И сила его пси-трансляции оказалась настолько велика, что абсолютно все почувствовали себя участниками или непосредственными свидетелями этих событий. И не было ни малейших сомнений в том, что все показанное Иваном правда. Пси не умеет лгать. Когда Иван, истощив свой внутренний резерв до дна, обессилено откинулся, лежа прямо на полу, в рубке надолго установилась тишина, прерываемая лишь тихими всхлипами девушек. Их буквально трясло.
Прошло немало времени, прежде чем Иван немного пришел в себя и поднялся с пола.
- Это в принципе не ваша война, если вы откажетесь, я не буду считать это предательством, просто попрошу оказать ту помощь, на которую вы согласитесь. А нет, значит, попросту спущусь на поверхность и буду воевать тем, что есть. Или тем, что достану там. Если выживу, вернусь.
- Иван, то, что ты показал, это страшно. Не могут разумные вести себя таким образом. Ты совершенно прав, этот случай не подпадает под писанные имперские законы. И я понял, почему наше вмешательство это способ спасти не только твоих соплеменников, подвергшихся нападению, но и тех, кто напал. Отныне это не только твоя война, то это и наша война.
- Спасибо, Роб.
- Это не мое, это наше общее решение, Иван. Располагай нами.
- А нас ты спросить не хочешь? Мы между прочим все еще действующие офицеры, пусть и империи, канувшей в лету.
- Лия, я обязался вас защищать от любых опасностей. А там даже при всем превосходстве техники может быть опасно. Мне было бы спокойнее, несли бы вы с Джил остались на корабле. Работа и здесь найдется. Особенно для Джил, я планирую привезти на корабль много раненых, ими займется она.
- Займусь, но пока их нет, я получу с вами. Между прочим у меня не только база пилота малых кораблей полностью поднята, но и звание снайпер-стрелок имеется.
- Ладно, спорить не буду, мне сейчас любая помощь понадобится. Тогда так. Арес, напомни, сколько у нас легких атмосферных истребителей имеется, Шершней использовать пока не хочу, они слишком тяжелые для атмосферы. И сколько десантно-штурмовых ботов?
- Ботов у нас, если считать вместе с Викингом, десяток. А легких истребителей "Оса" пятьдесят. Все могут работать в полностью автоматическом режиме, им только координация управления потребуется.
- А медицинский бот есть? И ли все на станции остались?
- Есть один, на двадцать пять капсул реаниматоров. Плюс в нем еще около сотни посадочных мест.
- Отлично. Дроиды?
- Тяжелых штурмовых две сотни. Легких боевых пятьсот.
Иван замолчал, встал и, возобновив хождение по рубке, задумчиво тер подбородок.
