— Если я узнаю, что ты соврал мне хоть в чем-то… — кто бы сомневался. Не могут волки без угроз. — И если я узнаю что это всё ты сделал, то прежнего отношения больше не жди. Не вмешивайся в это. Ты и так хорошо уже поработал. Выставил меня перед ней каким-то монстром. Ты накрутил её.
— Я хотел лишь уберечь её…
— От кого? От меня?! — искренне удивлялся Леон. — От своей истинной пары? Тебе известно, о нашем укладе жизни. Мы в сердечном плане куда лучше и ответственней людей. Ты думаешь, человек, не сможет ей навредить? Серьезно?
Впервые наблюдаю с его стороны такую эмоциональность. Как бы эти эмоции не навредили бы Виоле. Она кажется не подумала во что ввязывалась, когда вздумала сбегать. Теперь не знаю чего и желать. Чтобы он её нашел, или же чтобы она моталась по штату и пряталась. Если она думает, что это остановит его со временем, то тут то она ошибается. Будет только подогрев этой ситуации. Полный крышеснос и я уже видел последствия тех или иных случаев.
— Хватит, Леон! — остановил я его, выставив руки вперед. — Просто скажи. Если найдешь, то вернешь её? — это было самым важным.
— Ты увидишь её только тогда, когда она перевоспитается. Не раньше, — будь он проклят. — А я найду, не сомневайся. Когда это случится, я все-таки позвоню тебе, чтобы ты не волновался понапрасну, — и на этом спасибо, но я все равно зол на него.
— Не смей её обижать! — остановил я его, когда он собрался уходить, прихватив с собой записку.
— И в мыслях не было, — пусть врет меньше. Я бы не ждал от него мягкого обращения. Виоле мало не покажется и она вряд ли сможет это забыть. Какой же я кретин. Я и впрямь накрутил её. — Она получит не более того, что заслуживает. Ей придется повзрослеть. Хочет она этого или нет. Предназначение у неё такое, Алекс. Она не сможет от этого уйти. И я не смогу, — он говорит о предназначении от которого сам мог бы отказаться и её избавить.
— Ты просто не знаешь, как она это все воспримет. Она будет в ужасе. Она не сможет оправиться от этого. Она будет ненавидеть тебя. Этого ты хочешь? Её ненависти?
— Ты не знаешь, как все будет. В последний раз предупреждаю, не вмешивайся, — не могу я этого не делать. — Я ухожу, и помни о том что я сказал тебе. Если ты еще что-то недоговорил, то советую сделать это сейчас.
— Мне нечего сказать.
— Я запомню твои слова.
Да если бы даже знал, то не сказал бы ему. Идет он к черту. Я его благословлять на её поиски не собираюсь. Он может укусить её, заставить быть рядом, но не более того. Устанет так жить и отпустит. От связи можно избавиться, но все же, что-то все равно останется. Но ему же наплевать на то что он ломает её жизнь, которая только началась.
— Она будет тебя ненавидеть. Вспомни об этом, когда найдешь её и вздумаешь чего-нибудь натворить, — кинул ему вдогонку, когда он уже собирался закрывать за собой дверь.
— Ненавидеть? Это лучше, чем ничего. Я за любые проявления чувств, лишь бы не за их отсутствие, — Леон коротко улыбнулся мне, полностью отказываясь принимать в расчет мои слова. — Будь на связи, — захлопнул тяжелую дверь, а я снова не знал что мне делать и что думать. Мне бы только знать, куда она могла отправиться. Никогда не прощу себе свои ошибки.
Вернувшись домой, перед этим отзвонившись ненавистному чистокровному, я впервые была рада не застать брата в квартире. Быстро побежала в свою комнату и поспешила собрать небольшую сумку. Совесть не позволила мне взять с собой много денег. Так, на первое время. Не хочу воровать из дома деньги, даже которые по праву принадлежат мне. Но все же, думаю что Алекс все равно будет в бешенстве. Хотя, его бешенство меня совершенно не пугает. Есть кое-что гораздо опаснее, а точнее кое-кто.
Я не собиралась отправляться из города в ночь. Это опасно и если и кто-нибудь кинется меня искать, то точно сегодня ночью. Стоило переждать. Знакомых в этом городе, кроме Милдред у меня не было и она к счастью согласилась приютить меня на ночь. Её бойфренд тоже оказался не против. Но стоило ему только узнать кто я такая, как он изменил своё мнение. Они же все, полукровки, так боятся чистокровного, что зубы у них начинают стучать.
— Твой брат уже три раза звонил и мне совсем неприятно ему лгать, — вздыхала Милдред, кидая телефон на стол. — Тебе стоит ему позвонить. Записки, думаю недостаточно. Не сдаст он тебя ему! — не уверена. — Можешь конечно подождать до утра, но думаю всё только усугубится.
— Она права, — встрял Эд. Очень он уж нервничал. — А если точнее, то ей стоит вернуться домой. Мы не можем так рисковать. Если Леон узнает что это мы её прячем, то хреново будет всем. Я не хочу уезжать, Виола. Я люблю этот город. Тебе то ничего не будет, а нам… — мне прям неловко стало. — Ночевать конечно оставайся, но не более того.
— Эд! — вскрикнула Милдред, ударив кулаком по обивке дивана.
