Так, весело болтая, мы добрались до Академгородка. Найдя нужный дом, я опять позвонил. Услышав что в квартире нас уже ждут, и уточнив этаж, мы вышли из машины. Квартира была на втором этаже. С учетом того, что сдавалась она посуточно, то была неплохо обставлена. В спальне — широкая кровать с полочками в изголовье, в зале — диван и несколько кресел, журнальный столик, телевизор с домашним кинотеатром. На кухне имелась посуда, холодильник и даже микроволновка. Туалет и ванная тоже сверкали чистотой. Так же имелась стиральная машинка-автомат. Со стороны подъездов находилась большая площадка, тут расположился детский городок. Слева и прямо перед этим домом стояли еще два дома, а справа находился детсад. Таким образом, все эти строения образовывали двор. С тыльной же стороны была школа, а через густую листву деревьев, метрах в 50, просматривался гаражный комплекс, это было удобно в тактическом плане. Выйдя на балкон, я осмотрелся. Во, да тут еще и пожарная лестница есть. Квартира подходила под мое понятие безопасности.
Расплатившись с хозяином за неделю, мы наконец-то остались вдвоем. Правда, мне еще предстояло спрятать машину где-нибудь на стоянке, в паре кварталов от дома.
Занеся домой кое-какие вещи, и оставив Веру отдыхать, я поехал искать стоянку. Затем обошел район, знакомясь с обстановкой на случай отхода.
Из оружия я оставил с собой только пистолет и, после не долгого размышления сунул ЭФку в карман курточки.
По пути зашел в магазин, нужны были продукты…
Уже начинало темнеть, когда я поднялся в квартиру. Вера сразу набросилась на меня с упреками, что так долго, и что она беспокоилась. Чисто женские причитания. После этого она объявила новости:
— Я тут нашла полотенца, в ванной есть мыло, шампунь и новые щетки, — объявила она. Да еще мне Влад звонил, хотел встретиться.
— А ты что?
— Я отказалась.
— Вот, Вера, приняла подарок, теперь ты ему обязана. Кто платит, тот девушку и танцует, — подвел я итог, усаживаясь на диван.
— Тебе воды набрать? — спросила она, пропустив мои слова.
— Если не трудно.
Вера кивнула и ушла в ванную.
Я наконец-то, за четверо суток или за пять, уже сбился со счета, смог снять туфли. И наконец-то снял джинсы, И только тогда понял, как у меня между ног мокро. Да… вот почему у женщин всегда тут потеет, и теперь, к сожалению, придется всегда решать эту проблему, да и не только эту. Я вспомнил про месячные, с которыми уже успел познакомиться в своей короткой женской жизни. Надо будет у Веры спросить, что она делает, чтоб там не потело.
Сняв бюстгальтер, я не без удивления заметил, как груди радостно освободились из этого хомута и весело качнулись, даже показалось, что они сразу надулись. Но и так же сразу ощутил как потянуло вниз плечи.
«Вот черт! — думал я. — Какие же они тяжелые, раньше, кажется, легче были… Интересно, сколько они весят?» Я подхватил их ладошками, пытаясь прикинуть вес, и обратил внимание, что ладони просто скрываются под ними. Странно, кажется, они были меньше. Я начал прощупывать их снизу, упругость вроде везде одинаковая. А почему они тогда не провисают, даже совсем чуть-чуть? Как будто два полушария приклеенные.
— Что, любуешься? — голос Веры вывел меня из размышлений.
— Вер, а сколько весит грудь?
— Что??? — она засмеялась. — Ты что, на рынок собралась?
— Просто хочу знать, мне же ее теперь носить везде с собой. И почему она не провисает, и, кажется, она стала еще больше. Смотри как лифчиком надавило, а он был свободный.
— Ну что тебе сказать? — вздохнула она. Грудь весит — я не знаю сколько, все зависит от составляющей, если больше жировых тканей, то тяжелее, если больше столбовых клеток, то меньше и легче. Примерно 1–2 процента от общего веса. Вот у тебя больше жировых клеток, ведь ты худая, у тебя весь жир откладывается в сиськах и в заднице, и заметь: не в бедрах, а в ягодицах, как и у меня. Примерно около килограмма, может, чуть больше.
— Что??? И этот вес постоянно носить с собой? Теперь я понимаю, почему женщины выносливей мужчин.
— Своя ноша не тянет, — засмеялась она.
— Это у тебя она своя, а это, — я посмотрел на грудь, — не моя. — При этих словах мне даже показалось, что груди как-то сжались, соски, только что задорно торчавшие, вжались. — Интересно, она как отдельный организм, — удивился я.
