– Как же мы без нашего любимого премьера, – с сарказмом сказала Софи, подняв глаза на Северина.
– Тебе крышка, Монтескье, – спокойно сказал он ей. – Я сделаю все, чтобы снова скинуть тебя в кордебалет. И танцевать с тобой «Жизель» не буду.
– Куда ты денешься! – засмеялась она как безумная.
Северин, придерживая Рию за талию, повел ее прочь из туалета. Лицо девушки было в крови, руки и шея тоже. К счастью, в основном кровь была не ее. А вот нос, похоже, разбит. Мысль об этом ужасала Каста. Когда они вышли в коридор, все участники труппы расступились, рассматривая участницу драки с любопытством, страхом или ухмылкой. Чего еще ждать от клубка змей?
Сидя у медсестры, которая вышла за отчетом, Анна-Мария равнодушно таращилась в окно. Кровь с лица ей вытерли, на нос наложили сначала компресс, затем фиксирующий пластырь. Как сказала медсестра, у Рии ничего не сломано, но есть сильный ушиб, и даже морщиться ей теперь было больно. На нижней губе также был виден след от удара, кожа на руках содрана. У большинства образ балерины ассоциировался с женственностью и элегантностью, но то, как Анна-Мария выглядела сейчас, развеяло бы эти наивные представления.
На ней была надета объемная белая худи, темные длинные волосы она сложила в капюшон. Эту кофту ей дал Северин, когда оказалось, что ее одежда заляпана кровью. К счастью, в момент драки она была в лосинах, поэтому джинсы остались чистыми, и она смогла их надеть.
На кушетке сидел Каст, оперевшись затылком о стену, и пристально сверлил взглядом Рию. Ей было неловко, потому что они не разговаривали два дня, а потом Каст застает ее в такой ситуации. В ссоре они или нет, но он помог ей и заступился.
– Извини меня, – сказала она, продолжая смотреть в окно.
– Я верю, что она сама напала, – махнул рукой Северин. – Только с чего бы?
Переведя морозно-голубые глаза на друга, Анна-Мария ответила:
– Я не об этом. А о том, что происходит. Честно говоря, я сама пока не в силах разобраться в этом. Поэтому не хочу пудрить тебе мозги.
Честная, лаконичная и искренняя – вот три качества, которыми исчерпывающе можно охарактеризовать Рию. И Северу было приятно видеть, что подруга остается все той же.
– Я не злюсь, детка, – вздохнул он. – Меня лишь беспокоит, что с тобой что-то творится, а я не могу помочь.
Сердце Анрии сжалось. Север был именно тем человеком, который мог влиять на Валевскую, который был для нее опорой. И она прекрасно знала, что он проявляет заботу и не требует ничего взамен, потому что любит ее. Она тоже его любила, поэтому ей было больно молчать о том, что происходит в ее жизни.
– Я бы хотела тебе рассказать, – тихо сказала Рия, опустив глаза, – но пока боюсь. Пообещай, что не станешь из-за этого злиться.
Устало вздохнув, Север покачал головой:
– Я знаю, что все из-за Маэля.
Рия удивленно вскинула брови:
– Откуда такая уверенность?
Да, они познакомились тогда на улице, но с чего бы Северину цепляться за мимолетное знакомство?
– Просто все ведет к нему, – ответил Каст. – Ты с ним связалась, а он непонятно чем занимается. О нем говорят: «Он специалист по ценным вещам». Но это ерунда какая-то, не вяжется. Слышал, что у него богатая семья в Испании. – Север встретил растерянный взгляд Анны-Марии и улыбнулся: – Что? Ты же знаешь, у нас очень узкая тусовка. Мне не составило труда узнать немного о нем. Говорят, он хороший, но со странностями. Красивый, конечно… И умный. В его случае это не очень хорошо. Это делает его опасным.
Вставая, Северин задумчиво продолжил:
– К тому же Монтескье уже всем напела о том, что встречается с Маэльеном Сантаной. Вот все и встало на свои места. Ты, она и ветреный смышленый Маэль. Неудивительно, что вы с Монтескье лбами столкнулись.
Глянув на разбитый нос Рии, он усмехнулся:
– Буквально.
Валевская тоже встала, при этом немного поморщившись, потому что разбитое колено у нее ныло. Поджав губы, она с досадой кивнула:
– Ты умный, Север. Тебе не нужно ничего говорить, ты сам понимаешь. Да, дело в Маэле. Я помогаю ему с ценными вещами. И да, Софи напала на меня из-за него. У них была интрижка, а когда он узнал, что это разозлило меня, бросил ее.
Каст подошел к ней, бережно взял ее разбитую ладонь в рукии озабочено посмотрел в ее яркие голубые глаза.
– А ты разозлилась?
– Очень.
– Почему?
– Сама не знаю, – лепетала Рия, – просто она… к нему… А я тогда… Ну и еще Лерой… А в целом…
Запинаясь и хмурясь, Рия не могла озвучить какую-то конкретную причину. И понимала, что это плохо. И странно.
– Хорошо. Но почему он разорвал их отношения, после того как узнал, что это разозлило тебя?
– Он говорит, что мое мнение важно.
– Неужели?
Север хотел было что-то добавить, но тут дверь распахнулась и в медпункт с руганью влетел Аллен, который тащил за локоть Софи – тоже всю заклеенную пластырями, в чужой одежде и жутко злую. И он сам был взбешен.
Аллен со злостью втолкнул приму в комнату, она испуганно уставилась на него, схватившись за стол, чтобы не упасть. Рия осмотрела ее, оценивая принесенный ущерб: разбитое лицо, синяки. И ей это почему-то безумно шло.
