Младший лейтенант кивнул и с облегчением отошел в сторону.
Портативный ЭЭГ был из той же комнаты. С его помощью они наблюдали за коматозным состоянием Вона. Хэн также попросил принести в лабораторию нейростимулятор. Импульсные генераторы применялись для лечения неврологических заболеваний, иногда даже комы. Они опробовали один такой генератор на Воне, но, увы, безрезультатно.
Хэн задумчиво посмотрел на утыканные иглами головной и спинной мозг, словно те подверглись воздействию сумасшедшего иглотерапевта.
– Что вы надеетесь узнать с помощью глубокой стимуляции мозга? – спросила Минь.
– Если это ореол, как вы предположили, всплеск электричества должен разрушить его, стереть этот паттерн. Но если это действительно кома, мне интересно, сможет ли нейростимуляция восстановить нормальный ритм.
Цзюньцзе встретил в шлюзе медсестру и вернулся с портативным генератором импульсов. С прибора свисали свободные провода. Хэн взял устройство и присоединил провода к электродам в мозгу.
Закончив, он вернулся к ЭЭГ. Экран продолжал светиться легкими волнами и мелкими зубчатыми линиями. Хэн взял нейростимулятор на батарейках и повернул ручку.
– Хочу начать с самой низкой настройки.
Минь посмотрела на монитор.
– Поехали. – Хэн нажал кнопку. Две секунды мигал зеленый свет, затем, когда импульс закончился, стал красным. Хэн повернулся к Минь. – Ну что?
Она указала на остроконечные линии, обозначавшие электрический разряд.
– Подождите минутку.
Линии быстро превратились в более спокойные ритмы и волны. Все выглядело по-старому. Всплеск не смог стереть шаблон или восстановить нормальный ритм. Единственным отличием была, возможно, слегка увеличенная амплитуда пиков и спадов.
Хэн установил датчик на средний показатель.
– Попытаемся еще раз, но с бо́льшим разрядом.
Он нажал кнопку, подождал, пока зеленый свет не сменится красным, а затем повернулся к Минь. И вновь результаты были прежними. Никаких существенных изменений, лишь несколько чуть больших колебаний в пиках и впадинах волн на экране, как будто эти моря становились все более взволнованными.
– Сейчас включу полный пульс, – предупредил Хэн и повернул рукоятку до упора. – Вот оно.
Он нажал кнопку… и разверзся ад.
Цзе Дайюй недоверчиво посмотрела на Айгуа.
– Вы действительно верите, что под землей можно найти огромные обломки древнего планетоида?
– Выслушайте меня, – попросил ее астрофизик.
Он порылся в портфеле на коленях, достал электронный планшет и открыл его отпечатком большого пальца. После чего, водя пальцами по экрану, заговорил:
– С семидесятых годов двадцатого века нам известно о существовании двух массивных каплевидных структур в вязком слое земной мантии. Идентифицировать их удалось с помощью сейсмической томографии, которая показала, что волны землетрясений замедляются, когда пытаются пересечь эти регионы. По этой причине ученые назвали их большими областями с низкой скоростью сдвига – ОНСС. Но из-за формы большинство называют их просто сгустками.
Айгуа наклонился и положил на ее стол свой электронный планшет.
– Эти сгустки размером с континент и в сто раз выше горы Эверест. Один лежит под Африкой.
Он вывел на экран картинку с аморфной фигурой, лежащей под Африкой.
– Еще одна ОНСС находится на другом конце света, – пояснил Айгуа. – Под Тихим океаном, а край простирается до этого региона.
Водя пальцем по экрану своего планшета, он повращал мир, пока не появились Австралия и Юго-Восточная Азия. Появилась вторая тень размером с континент, растекшаяся под Тихим океаном.
Цзе Дайюй несколько мгновений рассматривала экран, затем выпрямилась.
– Думаете, эти два сгустка – остатки планетоида Тейя?
– Так думаю не только я. Это растущий консенсус научного сообщества. Последние геодинамические исследования еще больше подтверждают это предположение.
Дайюй откинулась на спинку стула, пытаясь представить осколки чужой планеты, погребенные под земной корой.
– Вы упомянули, что эти сгустки представляют собой определенную угрозу. Что они способны уничтожить всех нас. Но как?
– Независимо от того, действительно ли эти ОНСС происходят из Тейи, известно, что они являются причиной тектонической нестабильности, особенно на их краях. Африканская капля была источником бурной вулканической активности на протяжении всей истории Африки. Это также причина, по которой этот континент медленно поднимался, подталкиваемый снизу массой под ним.
Айгуа указал на схему на своем планшете.
– Тихоокеанская ОНСС была столь же проблематичной. Это один из главных двигателей, приводящих в движение вулканическое огненное кольцо вокруг Тихого океана. На протяжении всей истории Земли эти сгустки поднимали миллионы кубических километров лавы, просачивавшейся наверх огромными шлейфами. Считается, что один такой шлейф спровоцировал в конце пермского периода Великое вымирание, уничтожившее бо́льшую часть жизни на планете. И даже сегодня эти капли остаются геологическими бомбами замедленного действия. Особенно если их потревожить.
– Но как можно потревожить осколок древней планеты, причем размером с континент?
