Обжегшись на молоке, дуют на воду. Да и как же иначе, ведь душевная боль хуже зубной. От нее не убежишь, не спрячешься, и все, что случается, невольно сравниваешь с прошлым горьким опытом. Но настает час, и человек понимает: есть, есть панацея! Единственное, сильное, чудодейственное средство. Это — любовь.
— Проклятье! Все простыни в шоколаде… Гордон открыл глаза и уставился на Элис, словно говоря: чему тут удивляться, ты же всегда ешь шоколад в постели.
Элис с нежностью посмотрела на Горди, как она ласково его называла, а тот свернулся клубком на подушке и довольно заурчал.
Элис тяжело вздохнула: опять она разговаривает с котом. А что делать? Живет одна, квартира является одновременно и домом, и офисом. Хорошо еще, что есть Гордон, а то бы разговаривала со стенами.
— Хоть какая-то от тебя польза, — ласково пожурила она животное, окидывая хмурым взглядом беспорядок на постели. Среди скомканных простыней виднелись яркие детали игрушечной пожарной машины.
Элис Эванс переводила с иностранных языков инструкции к детским и игрушкам-конструкторам. Ее главной задачей было сделать текст максимально доступным для понимания, чтобы родители или сами дети, следуя указаниям, могли легко собрать игрушку. Для души и пополнения банковского счета Элис подрабатывала в местной газете ведущей рубрики о ресторанной кухне, новинках меню городских кондитерских и кафе.
— «Быстро и легко», — фыркнула Элис, посчитав такое выражение неудачной шуткой фирмы-изготовителя. Да в этих инструкциях, прилагаемых к игрушкам, могут разобраться лишь академики!
Горди, недовольный тем, что нарушили его послеобеденный сон, приоткрыл один глаз. Но Элис, не обратив никакого внимания на обиженного кота, принялась шарить в поисках шоколада среди пластмассовых деталей. Небольшую коробку она извлекла из-под блестящего красного капота, но та, увы, оказалась пустой.
— Придется снова идти к Валентину, — с досадой сказала она.
Кот, сладко потянувшись, уселся на подушке и стал наблюдать за хозяйкой. Всем своим видом мудрый зверь показывал, что Элис готова найти любой повод, лишь бы увильнуть от работы.
— Мне лучше будет думаться, если в руках окажется плиточка молочного шоколада, — пояснила Элис, будто оправдываясь перед котом. В ее воображении возник богатый выбор шоколадных изделий в кондитерской Валентина «Мечта сладкоежки».
Уже предвидя, что ей придется провозиться с проклятой инструкцией всю ночь, Элис хотела подбодрить организм. А что может быть лучше для этой цели, чем шоколад?
Надев спортивный костюм, Элис вышла из квартиры. Кирпичные здания и стройные высокие вязы, стоявшие вдоль улиц, придавали небольшому городку, расположенному южнее Сан-Франциско, какой-то старинный уют, и это очень импонировало Элис. Она поэтому и переехала сюда из шумного, неспокойного Фриско. Ей нравилось жить в симпатичном местечке среди спокойных, доброжелательных людей. Вначале она думала, что будет скучать по огромному городу, но прошло время, и девушка поняла, что ее туда совсем не тянет. Она бывала во Фриско только в те дни, когда нужно было сдавать перевод.
На улице было прохладно, деревья отбрасывали на мостовую длинные тени. Элис прибавила шаг, чтобы не замерзнуть. Впереди уже виднелись ярко освещенные витрины кондитерской. Заведение Валентина пользовалось большой популярностью среди обитателей округи. В «Мечте сладкоежки» можно было выпить кофе, съесть какой-нибудь десерт, а также купить отличный шоколад. Элис любила прийти сюда, сесть за столик и почитать журнал, ожидая, когда ее обслужат. Находясь среди людей, она не так остро ощущала одиночество.
Элис взялась за старинную медную ручку и, увидев вдруг свое отражение в стеклянной двери, ужаснулась. Сегодня утром она собрала свои густые, но прямые как палки волосы в хвост, но из-за привычки постоянно почесывать авторучкой макушку во время работы от прически остались жалкие воспоминания, а отдельные пряди свисали сосульками. Любой нормальный человек постеснялся бы показываться на людях в таком виде, самокритично заметила Элис.
— Эй, подруга! Как поживают твои головоломки? — окликнул ее Валентин — высокий стройный мужчина с сияющий лысиной, обрамленной короткими седыми волосами.
Валентин приветствовал Элис неизменно теплой улыбкой, той самой улыбкой, которая наравне с восхитительным шоколадом привлекала в его кондитерскую немало клиентов. Не в первый раз девушка порадовалась тому, что может назвать Валентина своим другом.
— У меня уже мозги набекрень от этой штуковины, — пожаловалась Элис. — Ничего не выходит.
— Не расстраивайся. У тебя, как всегда, обязательно все получится, — утешил ее Валентин и, взглянув на часы, нахмурился. — Билл опаздывает.
Элис сочувственно покачала головой. Как и все завсегдатаи, она хорошо знала Билла, молодого человека с серебряной серьгой в правом ухе и выдающейся вперед нижней челюстью. Билл работал в кондитерской на подхвате и частенько во время отсутствия хозяина позволял себе стаканчик-другой чего-нибудь более крепкого, чем кофе.
— Я специально попросил его не опаздывать сегодня, — с досадой произнес Валентин.