Их кружок состоял из двух девушек и трёх мальчиков, считая его самого. Пиво быстро развязало языки. Все участники застолья что-то писали, у всех имелись маленькие книжечки. Вольф собирался спросить, известен ли им папа Лизы, но постеснялся. Вдруг он им не нравится? Эти люди – первые писатели, с которым он общается вот так запросто. Почему только теперь? Вот ведь они знакомы друг с другом давно, ездят на какие-то фестивали, вместе ходят выпивать, а он? Ведь он же захаживал в Петербурге на книжные презентации, но никогда ни с кем там так и не сумел подружиться. Хорошо, что он взял с собой ноутбук. Теперь он будет посвящать творчеству каждую свободную минуту.
В начале пивного застолья ребята не очень на него реагировали, но потом, разгорячившись, принялись расспрашивать, кто он, откуда, как ему Геласимов? На первые вопросы особенно отвечать было нечего, а про Геласимова он говорил с жаром, хоть прежде и не читал его, только слышал о нём. Разговор становился для Вольфа всё интереснее и интереснее, он кое-что читал в своей жизни и имел о прочитанном своё мнение, которым и принялся делиться с товарищами по случайной гулянке. Карасёв даже присвистнул, когда его фейсбучный друг заявил, что, по его мнению, русская поэзия не пошла по пути Пушкина, а подлинное начало ей дал именно Державин, и дальше через Лермонтова к Тютчеву и Мандельштаму она вылилась в то, во что вылилась.
Такие вечера всегда прерываются неожиданно, когда этого совсем не хочется. Выяснилось, что только Вольф никуда не спешит. Остальным надо было возвращаться к иным заботам, домашним хлопотам и прочему, бесспорно и постоянно торжествующему над пленительной бессмыслицей пивных вечеров с разговорами о вечном.
Вольф удивился, как дёшево ему обошлось такси до гостиницы. В номере он осторожно, будто драгоценность, вытащил из рюкзака ноутбук, открыл его, почувствовал себя богом и начал что-то печатать. Пиво разбудило в нём фантазию, эйфории хватило на несколько часов, пока он среди ночи не рухнул, обессиленный, на кровать.
Артём с трудом справлялся с волнением. Бог послал ему этого полковника. Какие же подлецы те, кто готовил провокацию! Это, конечно, не оправдывает беспечность Майи и её соратников, но они радеют за то, чтобы изменить общество, а те, кто против них, только о себе, своей выгоде. Если всё пройдёт хорошо, он со временем присоединится к этой молодёжи. В этой стране нужно что-то менять.
Они долго обсуждали с Елисеевым и прошлое, и настоящее. Елисеев обещал, что постарается сделать так, чтобы Майя не пострадала.
Артёму не спалось. Он вышел на кухню, сделал себе кофе. Мобильник заставил его вернуться в спальню. Он так спешил, что чуть не пролил на себя чёрный кофейный кипяток. Звонила Лиза. Племянница говорила тихо, опасалась, видимо, кого-то разбудить:
– Дядя Артём! Тут такое произошло, что в двух словах не опишешь. Ты обязан знать. Я написала тебе большое письмо по электронной почте. Прочти, пожалуйста. Я сейчас отправлю. – Она не дождалась его реакции. Положила трубку.
Он собирался прочитать в телефоне, но увидел, что письмо большое. Достал ноутбук, который недовольно скрипнул при этом.
