«Уазик» сломался прежде, чем в баке закончился бензин.
– Здравствуйте, девочки! – задыхаясь от злости, прошипел Зубодер. – Задолбемся теперь досыта!
Ролан ничего не сказал. Молча полез под капот. Проверил искру – вроде бы все в порядке. И стартер крутит хорошо, а машина не заводится.
– Ну что там?
– Ты правильно сказал, – мрачно усмехнулся Ролан. – Девочек здесь хоть отбавляй... Палатку разбивай.
– А дальше что?
– Не знаю...
Они ехали к большому шоссе через лес по заброшенной дороге. Людей нет, помощи ждать некуда. А идти пешком неохота. Машина для них – как спасательная шлюпка для матросов с утонувшего корабля. Тем более что бензина еще много – в багажнике две полных канистры про запас, да в баке как минимум треть. До большой дороги хватит, а там они найдут возможность заправиться.
– Ты должен знать!
Ролану не понравился требовательный взгляд Зубодера, но осуждать он его не стал. Парень держит его за старшего, надеется на него. Более того, он ждет новых доказательств, подтверждающих его право на лидерство.
– Я все знаю! – отрезал Ролан.
И снова полез под капот. На этот раз он проверил подачу бензина. И обнаружил неисправность. Судя по всему, не работал бензонасос. И если так, то нужно было снимать его и ремонтировать. Но как это сделать, если нет практики? Зато были знания – на уровне слухов. У Ролана в армии был приятель, водитель командирской машины, он рассказывал, как чинил бензонасос в полевых условиях. Надо снять какую-то мембрану: если она порвана, заменить, если просто ослабла, усилить какой-нибудь металлической пластиной...
Пластину он нашел в багажнике среди инструментов. С горем пополам заменил мембрану, вставил бензонасос на место, но машина и не думала заводиться. Пришлось снимать насос снова, ставить поврежденную мембрану, дополнять ее самодельным заменителем. Но результат был тем же. Тогда Ролан плеснул топливо прямо в карбюратор, машина завелась, но очень скоро заглохла. Правда, глохла медленно, казалось, что насос пытается качать бензин, но ему не хватает сил.
– Что, ничего? – кисло спросил Зубодер.
– Есть еще идейка...
Он вспомнил, что говорил ему тот же армейский товарищ. Больной бензонасос «умирает» не сразу. Пока бак заполнен больше чем наполовину, он работает более-менее, но как только уровень падает, машина может заглохнуть.
Ролан залил в бак обе канистры. Снова завел машину через карбюратор. На этот раз двигатель работал устойчиво, не хандрил.
Зубодер обрадовался, но Ролан попытался охладить его чувства.
– Надолго не хватит, – предупредил он.
– Ничего, лишь бы сейчас ехать. А там видно будет, может, встретим кого на пути...
– А куда мы вообще едем? – невесело усмехнулся Ролан.
Он прекрасно понимал, что домой, в Черноземск возвращаться никак нельзя. Он в розыске, и менты первым делом будут искать в родных местах.
– Как это куда? – удивился Зубодер. – Разве я тебе не говорил? К моей Маринке в гости поедем...
– К твоей Маринке?
– Ну да, из-за которой меня Тоха подставил... Классная баба, тебе понравится. Но извини, спать с ней буду я. Танька – это так, а у меня с Маринкой любовь, это типа серьезно...
– Ну если типа, – усмехнулся Ролан.
– Не, я серьезно. Маринка – моя. А предупреждаю, знаешь почему? Потому что по паспорту она будет твоей женой...
– Моей женой?
– Слушай, брат, у тебя что, пластина в голове перегрелась? Я же говорил тебе, что ты на Тоху как две капли воды похож. Мы его в расход, ну, за подляну, которую он со мной сотворил, а ты на его место. Его паспорт – твой паспорт...
– Откуда он, из Колосовки? – вспомнил Ролан.
– Ну да, а я из Беляновки.
– Это рядом.
– Два берега одной реки.
– Ты думаешь, тебя в твоей Беляновке искать не будут? Да участковый ваш на ушах уже стоит. И Колосовка на прицеле...
– Ха-ха! Не угадал! Тоха из Колосовки в прошлом году еще сдернул. В каком-то Мухуеве сейчас, там у него ферма своя, кто-то ему там по наследству оставил, точно не скажу, кто. Но то, что ферма на отшибе стоит, факт. Типа хутор. Дом не хилый, техника – все дела. Тоха сейчас там типа кулак. А раскулачивать, ля, некому... Но ничего, мы с тобой на подходе...
– И где это Мухуево?
– Да где-то в Тульской области. Это где-то рядом с твоими краями. Тебе сам Бог велел туда ехать...
– Бог или сатана?
– Да какая тебе разница! Главное, что ксива у тебя конкретная будет. Ты у Маринки мужем будешь, а я типа любовником... Не, ну если уж очень приспичит, я тебе дам разок с ней переночевать. Ну, может, два. Как своему молочному брату, ну, по Таньке, да...
– Ты сначала до Мухуева своего догреби.
– Так что, едем?
– Не знаю, – задумался Ролан.
Перспектива заманчивая. Родная область, отдаленный хутор, жизнь на легальном положении. Но согласиться ехать с Зубодером, значит, вынести смертный приговор какому-то Тохе, который ничего плохого Ролану не сделал. А иначе как через его труп местами с ним не поменяться...
– Ты не знаешь, а я знаю. По-любому к Маринке поеду. С Тохой поквитаюсь. Не жилец он...
– А если менты тебя там ждут?
– Шутишь? Это с полтыщи километров от моей Беляновки. Да никто и не знает, что я про Тоху в курсе. Тоха думает, что схоронился от меня... Ничего, скоро я его надежно схороню... Оп-ля! Что это такое?
Вдалеке показалась машина. Такой же «уазик», но какой-то камуфляжной раскраски. Или военные, или кто-то прикололся.
Возле машины стояли люди. Два мужика в камуфляже. Наверное, все-таки военные. Но подъехав поближе и присмотревшись, Ролан понял, что к армейским чинам эти люди никакого отношения не имеют. Это были егеря. Форменные фуражки, куртки армейского образца, охотничьи карабины. Один высокий и плотный, другой короткий и худой. У большого лицо добродушное, у маленького – злое как у гоблина. Они стояли возле туши убитого лося. Но смотрели на приближающуюся машину.
Ролан не мог проехать мимо. Во-первых, ему нужна была техпомощь – возможно, у егерей был запасной бензонасос. А во-вторых, они бы его просто так мимо себя не пропустили. Они хозяева в этой чащобе. А закон леса суров – все, кто не свои, – те враги.
– Здорово, мужики! – выходя из машины, обратился он к егерям.
– Здоров, коль не шутишь, – отозвался высокий.
– Кто такие? – агрессивно спросил низкий. – Что здесь делаете?
Ролан глянул на труп животного. Свежатиной его трудно назвать. Раздувшееся брюхо, смрадный запашок, роящиеся и заупокойно жужжащие мухи.
– Да вот, путешествуем. На Каме были, рыбу ловили...
– Кто там в машине? Путь выходит!
Низкий скинул с плеча карабин, но Зубодер вышел из «уазика» еще до того, как он загнал патрон в патронник.
– Эй, ты чего, служивый! Мы же свои, не видишь! – возмутился он.
– Свои сейчас дома сидят!
– А чего дома делать? – усмехнулся Ролан. – Погода какая хорошая. Рыба хорошо ловится.
Высокий заглянул в машину.
– Рыба ловится? А оружие зачем с собой возите? Зверя стрелять?
– Я бы сказал, отстреливаться. Волки там, кабаны бешеные...
– А лось вам что плохого сделал? – хищно сузил глаза низкий.
– Эй, командир, ты что, с дуба рухнул? Какой лось? Это не мы.
– Из карабина его убили. Дня три назад. И у вас карабин....
– Да мы на реке неделю жили...
– Документы есть?
– Были, – скорбно вздохнул Ролан. – Были да сплыли. Натурально сплыли. Дождь сильный был, сумку с документами в реку смыло. Да что там документы, их заново справить можно, а то, что деньги там были – вот беда. Их зарабатывать надо, а это трудней, чем в очереди стоять...
– Нет документов, начальник, – кивнул Зубодер. – Да и зачем тебе наши документы? Мы же мирные люди. Да и вы не менты. Разъедемся по-хорошему, и нам спокойно, и вам не горевать...
– Документы! – не унимался низкий.
Высокий же сунул руку в салон, забрал карабин, забросил себе за спину. Свой же снял с плеча, держит стволом к земле, чтобы в любой момент направить на стоявшего рядом Зубодера. Почуял-таки неладное...
– Говорю же, смыло... Проблемы у нас, командир. Бензонасос накрылся. Я его еще полгода назад своими руками перебрал, как часики работал, а вот сломался – еле-еле душа в теле...
– Документы!!!
Низкий направил ствол на Ролана. Высокий по-прежнему держал свой карабин стволом к земле, но настороженно смотрел на Зубодера.
– Да нет документов... – начал было Ролан. – Говорю же, смыло...
– В райотделе эти сказки рассказывать будешь. Руки за голову, спиной ко мне. Ну, живо!
Ситуация напоминала ту, в которой Ролан оказался, столкнувшись у реки с охотником Сашкой и рыбаком Колькой. Но тогда против них было всего лишь одно ружье, а сейчас два карабина и противник не в пример решительней и опасней. Но тогда они едва на ногах держались. Зато сейчас – сытые и отдохнувшие.
– Командир, давай миром разойдемся! – тоном, каким выносится последнее предупреждение, сказал Ролан.
Егерь пытался его задержать, свезти в милицию, а такая участь ему совсем не улыбалась. Поэтому он пойдет на все, чтобы не допустить столько нежелательного исхода. И если егерь не понимает, то ему нужно объяснить его неправоту, вплоть до летального исхода. Иногда чтобы выжить, надо убивать...
– Я сказал, спиной ко мне!
– Леха, ну хоть ты ему скажи! – воззвал к высокому егерю Ролан.
– Какой я тебе Леха? – удивленно-возмущенно протянул тот.
– Ну ты даешь, Леха! Не узнаешь? Костик я, мы с тобой в Чечне служили, в одном полку. Помнишь, как мы Грозный с тобой штурмовали!
– Не был я в Чечне, браток! – ошеломленно смотрел на него высокий. – Ты что-то путаешь. И зовут меня Афанасий...
– Да? Но я то там был... Видишь, вмятина у меня в голове. Это в Грозном шарахнуло... Ты хоть и не Леха, но, может, разойдемся по-хорошему?
– А вдруг ты зэк беглый? – покачал головой Афанасий. – Тут ориентировка у нас была, сказали, что беглые могут быть...
– Говорю же, я в Чечне был, – пристально, глаза в глаза, смотрел на него Ролан.
Он добился своего – переключил на себя внимание обоих егерей. А Зубодер уже нож из-за голенища сапога вытащил. И до Афанасия рукой достать.
Но у егерей еще был шанс. Жаль, что они его не использовали.
– Не важно. Сказали, с нами поедешь, значит...
Егерь не договорил. Зубодер метнулся к нему, одной рукой схватил за цевье карабина, а другой вонзил нож в правый бок – по самую рукоять. И хладнокровно поддел его на острие, как барашка на вертеле. С разорванной печенью Афанасий сопротивляться не мог, поэтому Ролан мог целиком переключиться на его напарника. Резкий шаг вперед с уходом в сторону, захват карабина...
Он вырвал оружие из рук низкого егеря, его самого сбил с ног и ударил – ствол карабина вошел ему точно в глаз. Удар оказался смертельным...
– Вот козлы! – вытирая нож о куртку покойного Афанасия, злорадно скривился Зубодер. – Как людей же просили разойтись...
– Сами виноваты, – подтвердил Ролан.
Но на душе от этого легче не стало. Хоть и сами напросились егеря, но они же люди, тем более служивые. Они свой долг исполняли, их можно было понять... Очередной смертный грех, еще одна гиря на душе, еще одна морщинка на лбу...
– Ты что-то там про бензонасос говорил, – напомнил ему Зубодер.
Чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, Ролан полез под капот «трофейной» машины. Снял бензонасос, на всякий случай – карбюратор и аккумулятор, выкрутил свечи, слил из бака весь бензин, литров тридцать. Зубодер же занялся вещами покойных. Забрал у них документы, кое-какие деньги, оружие. Немного подумал и полез в рот к Афанасию, плоскогубцами вырвал у него золотой зуб. Словом, показал себя первостатейным мародером. И оправдал свою кличку, которую, как он сам говорил, получил за то, что в свое время, еще на заре своей тюремно-лагерной карьеры вырвал суровой ниткой зуб своему сокамернику. Сейчас же у Ролана возник вопрос – живой ли был тот несчастный, или же Зубодер поглумился над его трупом. Ролан смерил его презрительным взглядом, когда тот показал ему добытое золото. И едва удержался, чтобы не врезать ему кулаком в нос...
Пока он менял насос, Зубодер занимался трупами. Затащил их подальше в лес, забросал валежником. Брошенную машину взяли на буксир, оттащили в лес подальше от места преступления, бросили в глуши на съедение ржавчине...
Среди трофейных вещей обнаружился атлас автомобильных дорог. Ролан составил примерный маршрут движения в сторону Черноземской области, в район городка Новомухино, а не Мухуева, как назвал его Зубодер. Раз уж этот бес вознамерился поквитаться со своим давним врагом и соперником Тохой, то почему бы не воспользоваться моментом?..
