В какой-то момент я увидел пятно, лохмотья, брошенные у дороги, в стороне. Не сразу осознав, что это может быть, я двинулся посмотреть, и тут же об этом пожалел. Они добили ребенка, мальчика лет десяти, видимо, не осилившего дорогу, и просто сбросили труп в сторону, вниз, на съедение монстрам, когда туман поднимется. Сразу возникал вопрос, сколько таких тел я мог пропустить, сброшенных вниз, в самый туман. Грабители сделали огромный круг за низкий сезон. Дети, которых они захватили в самом начале, наверняка сейчас уже едва шли. И помогать им рейдеры не собирались.
Вся помощь заканчивалась именно вот так — добить и отдать тело туману.
Тащить награбленное им тяжело, особенно после города у меня за спиной, где они потеряли часть людей. Но и идти им до конца своего маршрута тоже уже недалеко. Они явно сделали большой круг, основываясь на каких-то старых картах этих мест, благо что маршруты здесь оставались неизменными поколениями. И теперь возвращались домой, уже рассчитывая на отдых и, наверное, беззаботный остаток жизни, с учетом того, сколько они награбили.
Я намеревался нарушить их планы, и вообще укоротить этот остаток по возможности. Теперь я еще больше рассчитывал на их жадность.
У меня все время рос личный счет к этим дикарям. Тело ребенка еще не остыло до конца, и труп не окоченел, и его руки безвольно мотались, когда я понес его к ближайшему обрыву.
Негоже телу валяться на земле. Я нашел удобное место, и отпустил его в пропасть, туда, где в тумане периодически мелькали щупальца. Тело несколько раз ударилось, катясь вниз, и при каждом ударе я вздрагивал. С каждым ударом я вздрагивал, и крепче сжимал рукоятки ножей.
Я увидел хвост обоза незадолго до подхода к городу. Думаю, с моей скоростью я добрался бы за полчаса, но им наверняка понадобиться больше. Дорога в низком сезоне проглядывалась хорошо и далеко, и существовала весьма высокая опасность того, что меня обнаружат раньше времени, но, понаблюдав за бредущими впереди людьми издали, я понял, что им не до меня.
Никто не оглядывался назад. Да и охранников практически не было. Я видел всего несколько вооруженных людей, да вообще всего несколько взрослых людей. Извозчики на телегах, у них даже лошади были, хотя лошади этого мира скорее походили на пони, и то отдаленно.
Извозчики тоже были вооружены, видимо, из гражданских в обозе вообще были только пленные дети всех возрастов. В конце обоза шло четверо охранников, единственной задачей которых было понукать детей двигаться быстрее. Деваться пленным было просто некуда, с дороги в туман не сойдешь. Если только знать местность, то можно попытаться спрятаться, но дети, почти все, не из этих мест.
Я двинулся вперед, плавно переходя на бег. Колокол в ушах зазвучал сильнее, кровь стучала в висках. Разрушенные города позади, труп ребенка, сброшенный с дороги сломанной куклой, все это заставляло кровь биться сильнее. Но колокол позволял сохранять трезвость.
Они двигались так, что понятно было, что основные силы ушли вперед, готовиться к захвату последнего города на их пути. Обоз им для этого не нужен. Они рассчитали все верно, обоз подойдет к городу, когда все уже будет кончено. Скорее всего, они даже не будут в нем оставаться, не дадут детям отдохнуть, сразу двинутся дальше, на соединение со вторым отрядом.
Я лишь надеялся на город. Тоже немаленький, по рассказам даже чуть больше предыдущего. Пусть они дадут им отпор.
А я помогу.
Караульные не оглядывались. Сзади, по их мнению, быть не могло никого, ведь они оставляли позади лишь разграбленные, сожженные города. Да и при текущей видимости можно оглянуться один раз в полчаса, чтобы вся дорога позади была видна как на ладони.
Но они были настолько уверены в безопасности, что не делали и этого. Драка намечалась впереди, никак не здесь.
Я бежал, колокол отбивал ритм, и шаги мои были легки и бесшумны.
Последние двое даже не успели осознать, что они умерли. Они шли рядом, и мне пришлось резануть одного по горлу, чтобы не успел закричать, зажать второму рот и воткнуть нож под лопатку. Сейчас я больше опасался детей, которые могли поднять шум, поэтому старался максимально долго не показываться им на глаза.
Третий шел один чуть впереди, и я просто повторил маневр и перерезал горло и ему. Четвертый о чем-то тихо переговаривался с возницей, и сначала я намеревался добить именно его, но потом передумал. Хотя телега и была тяжело нагружена, но возница мог дернуть своего мула, или как они тут звали этих животных. Не хотелось бы за ним гоняться.
Поэтому я запрыгнул на телегу, в два шага перескочил через нее и ударил обоими ножами. Возница умер моментально. Один нож все же застрял, но я подхватил топор, лежащий рядом с ним, и пока идущий рядом караульный не начал орать, швырнул его ему в голову.
Не мое оружие. Топор вообще попал в него обухом, даже не сбил с ног. Но хотя бы выбил из него воздух, не позволив заорать. Я спрыгнул с телеги обратно на дорогу и воспользовался ножом.
