У того на физиономии явственно читалось соображение, что живой шакал лучше дохлого льва. И еще читалось, что он при первой же возможности всадит Зотику разряд из-за угла в спину. Но приходилось выдерживать марку до конца. Зотик ведь при свидетелях предоставил Акуле Питу право вызова на поединок и право выбора оружия. Впрочем, из-за угла он вряд ли решится; столько свидетелей его подлости и предательства…
Джеймс Гриф подошел к стойке, пододвину к себе терминал, спросил:
— В каком банке откроем счет?
— Давайте в банке «Маркс», в Берне… — предложил Зотик.
— Хороший банк, надежный… — одобрительно кивнул Мафусаил. — Хоть и основали его коммунисты. Даже назвали именем основателя своей партии…
Зотик изумленно переспросил:
— Но ведь коммунисты — это политическая партия?! Разве политическим партиям разрешается иметь собственные банки?
— В двадцатом веке коммунисты имели в собственности не то что банки, но даже целые страны, — назидательно проговорил Мафусаил, быстро-быстро нажимая пальцами на сенсоры, проявляя недюжинную сноровку в обращении с терминалом.
Зотик мимоходом подумал, сколько же накопил состояния Мафусаил, столько веков странствуя по Галактике?.. Впрочем, с ним раза три случались аварии, и он каждый раз лет по сто независимого времени тащился к Земле с субсветовой скоростью.
Вскоре на мониторе высветился номер счета с идентификационным индексом банка.
Мафусаил достал свою кредитную карточку, сказал:
— Я жертвую два миллиона от себя лично, и два миллиона от своего экипажа…
Вольные астронавты загомонили, потянулись к стойке. У кого не было карточек, доставали пачки наличных, обменивались с владельцами карточек. Воспользовавшись суматохой, Акула Пит со своими прилипалами незаметно выскользнул из салуна.
Когда вольные астронавты вновь расселись по местам, на мониторе светилось многозначное число.
Мафусаил воскликнул:
— Ого! Да тут хватит, чтобы отстроить Порт-Харкорт заново! Кого изберем распорядителем фонда?
— Поднялся Клешня Хропа:
— Да чего тут избирать? Мы все знаем Джеймса Грифа. Он человек чести и лучше других сможет организовать помощь Порт-Харкорту. Потому как уже участвовал в подобных акциях. Кто за то, чтобы распорядителем фонда стал командор Джеймс Гриф?
Взметнулся лес рук.
— Кто против?
Против никого не оказалось. Джеймс Гриф учтиво поклонился собранию, сказал с достоинством:
— Спасибо за честь, господа вольные астронавты, — и пошел к своему месту, на ходу доставая коммуникатор.
Господин Сидоров вышел к стойке, проговорил раздумчиво:
— Господа вольные астронавты, нам необходимо раз и навсегда прекратить эту суету вокруг командора Зотика. Иначе в следующий раз он мегаполис грохнет. Я не знаю причин эдакого интереса, но пришли в движение гигантские силы. Пора и нам поглядеть, кто с кем?.. Зотик! Нож в стойку!
Это прозвучало так неожиданно, что Зотик, даже не сообразив, что к чему, выдернул нож из ножен и с маху вонзил его в стойку бара чуть ли не до половины лезвия. Вольные астронавты притихли, ожидая продолжения. Господин Сидоров не спеша, вытянул из ножен свой антикварный охотничий тесак и точным ударом вонзил его рядом с ножом Зотика.
Если клятва, — "спина к спине", — связывала вольных астронавтов лично друг с другом, то "договор ножей" означал сбор эскадры, а то и целого флота, по первому требованию любого участника договора. В отличие от большинства договоров вольных астронавтов, "договор ножей" не имел срока давности, только смерть освобождала от обязательств. Рассказывали, что до сих пор существует "договор ножей" заключенный еще в двадцать втором веке, потому что до сих пор живы трое его участников.
Откуда-то из дальнего угла вывернулся Критский Бык, размашистым движением вогнал в стойку свой саморез, подмигнул Зотику:
— Я ж говорил, была бы эскадра, а с кем воевать найдется…
Подошел Клешня Хропа, вонзил деловито нож, сказал:
— Если кто не знает… Я говорю и за Косого Ганса…
Последним подошел Мафусаил, долго стоял у стойки, качал головой, задумчиво приговаривая:
— Молод еще… Горяч… Ох, горяч…
Наконец он нерешительно вытянул из ножен старинный армейский нож, подкинул несколько раз на ладони, ловко ловя при этом за рукоятку, нехотя вогнал в стойку.
Зотик считал, считал и никак не мог сосчитать количество кораблей в объединенном флоте вольных астронавтов. То, что вольные астронавты объединились вокруг Зотика, вовсе не означало, что он автоматически становился адмиралом. Адмирал избирался на время конкретной кампании, и избирался из самых опытных командоров. Но силища собралась вокруг Зотика!.. Пожалуй, Западная федерация поутихнет, а всякая мелкая пиратская шпана решит, что жизнь дороже дармовых денег, и расползется по щелям.
