Одобрительный гул донёсся в ответ Кукше. Речь его понравилась людям, зацепила. А пасынок молодец, подумал я про себя, выкрутился, придумал, как символ, что родился в результате попытки хоть как-то разнообразить нашу жизнь, истолковать на пользу общества.
— Теперь знаете вы, что знаки наши да знамёна обозначают, — сказал я вслух, — время придёт — и на вас звёзды наши красные появятся, и мудрость Перунова на вас прольётся. И обязанность родину свою, Москву, защищать — тоже появиться. Чтобы как Кукша сказал всё было, чтобы нигде противник наш не спрятался. Теперь всё. Праздничный ужин — а завтра на работы, долги перед казной отрабатывать да уму-разуму набираться.
Все ещё немного погомонили, обсуждая услышанное, и отправились к крепости. Ко мне Юрка подошёл:
— А у нас почему треугольник был? — спросил корел.
— Хм, как тебе сказать… — я лихорадочно придумывал ответ, ну не говорить же ему, что просто так получилось, «от балды», — У вас получилось что Лада, Дажьбог да Озерный Хозяин вроде как с вами были. Живые вы, в огороде копошиться умели, рыбу удить. А вот Перун с мудростью его да Сварог, с ремесленными навыками — это уже мы вам привили, до этого они ваши требы да просьбы не очень воспринимали, не в их компетенции вы трудились.
— Хорошо хоть кругом не обозначили, — съязвила Лада, подошедшая к нам.
— А если ни одного лучика — это вообще как? — задался вопросом Буревой.
— А я не знаю, если честно, — сказал я, — живые-то все вроде…
Вот под такую теологическую дискуссию мы и добрались до Москвы. Завтра новый день, сложный — мы собирались организовать самостоятельную работу крепостных внутри и за приделами крепости. Наружу отправятся команды на лесозаготовку, внутри — работа небольшими группками над первичной переработкой сырья и прочим. Сейчас, когда проблемы переселения схлынули, мы хотели перевести рутину, ведение хозяйства, большей частью на крепостных. Сами же думали заняться разработкой нового, исследованиями, обучением, планированием работ и общим руководством. Собственно, из этой задумки ничего не получилось.
Знал бы я с чем мы столкнёмся, триста раз бы подумал перед тем, как отказываться от современного этому времени способу ведения хозяйства. Как просто было бы всё! Мы им — дом да кусок земли, они нам — «белку с дыма» да налог трудовой, в виде общественных работ. Нет же, понесла нелёгкая заниматься устройством нового общества!
Как только наши крепостные чуть освоились в домах, подкормились, отошли от шока, вызванного походом сквозь мороз и пургу, на край света, спасаясь от эпидемии, начались проблемы. Поначалу небольшие, потом — более серьёзные, а дальше комок трудностей только нарастал. Какие там науки да исследования! Тут бы с текучкой разобраться! Причём не хозяйственной — общественной да социальной! Чуть не каждый день новые сюрпризы!
