Двадцать девятого декабря с утра я встал, и волевым решением объявил четыре дня выходных. Народ не понял, хотя в принципе идею поддерживал — на меня было страшно смотреть, я зомби уже напоминал с этими всеми измерительными «радостями». Пошёл в лес, выкопал небольшую ёлочку, посадил девчонок резать снежинки из сложенных листов бумаги. Супругу заставил делать леденцы, и заворачивать их в цветные мешочки. Дед был озадачен созданием деревянных и стеклянных игрушек. Их выдували довольно толстыми, намазывали сверху рыбийклей и макали в разбитое в пыль стекло. Получалось нарядно. Я пару раз обмолвился про Новый год, народ не понял, потом без меня уже провели совещание, пошептались и бросились с удвоенной силой на помощь. Может, пожалели дурня, может ещё что, я даже об этом не задумывался. Потратил почти ночь на написание книжек — подарки готовил. Там по три сказки коротеньких — «Снегурочка», «Три поросёнка», «Семеро козлят». Прошил стопки исписаннойбумаги мелкими скрепками, как тетради в моем детстве — получились тонкие книжки. На обложке кистью написал название книги «Сказки». Упаковал всё это в мешок, да покрасил его краской, максимально похожей на красную, была у нас такая. Ну потом уже иткани набрал, сделал халат, куделью выбеленной отделал низ у его, бороду соорудилбелую, длинную, шапку, посох. Приготовился, одним словом. Народ тем временем собирал праздничный стол, не совсем понимая, зачем. Да, ещё собрал паспорта у зависимых, для них у меня тоже подарок есть.
В ночь на первое января усадил всех за стол, ёлку нарядили прямо в общем зале, его мы всё чаще актовым называли с моей подачи. Тесно уже нам тут, конечно, но пока пойдёт. Толкнул речь:
— Все вы знаете, а кто не знает, то слушайте. У меня на родине, — зависимые про моё появление знали в самых общих чертах, без подробностей, — есть такой праздник — Новый год.
— И у нас есть, весной, — парировал дед.
— Ага, когда весна уже в свои права вступает. А у нас его сегодня празднуют, в ночь на первое января. Январь — это месяц такой, — это зависимым, они ещё не сильно ориентируются в нашем календаре, — неделю назад, 22 декабря начались самые длинные ночи за весь год, а вот сегодня они вроде как заканчиваются, и день будет чуточку больше, если я правильно помню. У нас именно это считали Новым годом. Ну и зима, делать особо нечего — почему бы не попраздновать?
Народ одобрительно загудел.
— Первый тост предлагаю поднять за прошедший год. Сложный был год, однако интересный. Именно в это время появилось наше пусть маленькое, но своё государство, мы победили старинных наших врагов — данов. Мы построили крепость…
— Две, — поправил меня Буревой, — да ещё и урожай неплохой собрали.
— Животиной обзавелись да лодку справную сделали, — это Кукша.
— Да много чего сделали, посуду вот, — это Зоряна ткнула пальцем в наши покрытые разноцветной эмалью глиняные тарелки.
— И что — всё сами? — это Юрка подал голос.
— Ага. Если не мы — то кто? — это подключился Обеслав.
— Машка маленькую родила, Малькай мы её зовём — подала голос Смеяна.
— Поля новые сделали, брёвен про запас нарубили, — констатировала Леда.
— И ткань! Ткань какая получаться стала! Любо дорого смотреть! — Агна всплеснула руками, остальные Игнатьевы тоже начали короткими выкриками описывать наши достижения.
— Вот видите, сколько всего за год, с прошлой зимы случилось у нас. А когда ещё итоги подводить, как не зимой? — я закруглил отчёт своих родственников, — Но самое главное — появились у нас новые граждане. Пусть пока зависимые, но мы всенадеемся — я подчёркиваю, все мы надеемся — что скоро они станут нам добрыми друзьями и соратниками, коллегами и вольными гражданами. Поэтом давайте выпьем и проводим старый год, хороший он был.
Все выпили, поели, начали вспоминать события, случившиеся с прошлой зимы. Ещё пара тостов за уходящий год, и вот почти наступило двенадцать часов ночи. Я встал:
— Послушайте! Сейчас, через минуту буквально, начнётся новый год. Номер его по ромейскому календарю восемьсот шестидесятый, високосный. Я вам потом расскажу, что это такое. Так вот, я сейчас начну обратный отсчёт до наступления Нового года, а вы за это время загадайте себе самые заветные желания, чтобы в наступающем году все они сбылись. Не в слух, Юра, а про себя. Итак! Двенадцать… Одиннадцать… Десять… Девять… Восемь… Семь… Шесть… Пять… Четыре… Три… Два… Один… Ура!!! С Новым Годом! С Новым Счастьем!
Народ радости моей пока не разделял, праздник всё-таки новый. Вяло поддержали моё «Ура!», чокнулись, и собирались ужеидти спать. А что ещё делать? Я попросил задержаться, вышел впредбанники стал облачаться в свой наряд. Краем уха слушал разговоры сограждан:
— Чего он вдруг удумал? Раньше по зиме такого не делали, — Зоряна беспокоилась.
