Как только мы закончили прыжок, Ния сообщила, что два катера опасно сближаются с лайнером и приготовили к применению захваты для абордажа, а ещё четыре готовятся связать нас боем.
— Их намерения понятны, ждать не будем, разрешаю открыть огонь на поражение.
Вольный ветер слегка вздрогнул от одновременного залпа из всех орудий, и через некоторое время обзорные экраны окрасились ярко красными цветами. Ния равнодушно доложила, — Все цели поражены, спасательных капсул не обнаружено.
Тут же на связь со мной вышел капитан Смолет, — Капитан Людмил, это что сейчас было? Я даже испугаться не успел, как все цели исчезли с радаров.
— Ничего страшного капитан, мой корабль сделал предупредительный выстрел, и противник в панике бежал. Не стоит уделять этому пустяку большое внимание, спокойно продолжаем движение по маршруту.
— А они точно сбежали и больше не вернуться?
— Что не вернуться — гарантирую. Можете отключить силовое поле.
— Дело в том, что я его так и не смог включить, какая-то поломка в цепи.
— Я сейчас прибуду на ваш командирский мостик, и мы быстро вычислим сообщника бандитов в вашем экипаже. Соберите всех своих людей, включая стюардов, буквально на пять минут. Тех, кто не прибудет, заранее можно будет считать преступниками.
Экипаж лайнера оказался значительно меньше, чем я мог себе представить — всего двадцать семь человек включая капитана, стюардов и механиков. По моим подсчётам лайнер подобного класса должен иметь не менее пятидесяти человек только обслуживающего персонала, а ещё инженерно-технический персонал, навигаторы и простые матросы.
— Все собрались? — поинтересовался я, как только вступил на капитанский мостик.
— Все. Даже беднягу, которому злые тётеньки прострелили ногу и того принесли на носилках.
— Прекрасно, преступим. Я, капитан Людмил, возглавляю судно вашего эскорта, — обратился я к неорганизованной толпе внизу. — Только что на ваш лайнер была предпринята попытка нападения. У меня есть все основания предполагать о том, что сообщники преступников имеются среди членов команды. Предлагаю им самим объявиться и передать себя в руки правосудия. В противном случае, в соответствии с действующими положениями устава, они подлежат казне на месте, без права возрождения. Время на размышление — тридцать секунд.
Моё истинное зрение сразу же вычленило двух человек с мгновенно изменившейся, после моих слов, аурой. Один из них был электрик, а второй — навигатор лайнера. Это было и понятно, только навигатор мог с точностью определить время окончания прыжка и координаты ближайшего ускорителя, а электрик был нужен, что бы в нужный момент замкнуть цепь и не дать включиться силовому полю. Правда, не хватало третьего, который бы координировал их действия и имел доступ к источнику внешней связи, что бы передавать информацию за пределы корабля. И, скорее всего, этот третий был из числа пассажиров.
— Капитан, — обратился я к Смолету, — этого и этого подготовить к суровому возмездию. Если они верующие, то вы должны, как высшее должностное лицо, отпустить им все грехи и подготовить к смерти. На всё, про всё, у вас десять минут.
Первым не выдержал навигатор. Всхлипывая и захлёбываясь слюной, он тут же выдал всё, что знал — кто и когда его завербовал, кто выходил на связь с ним уже здесь на лайнере и какие сведения он передавал. Вслед за ним заговорил и электрик.
Посчитав свою миссию выполненной, я вернулся на свой корабль, передав все бразды правления в руки капитана Смолет. Он капитан и ему принимать окончательное решение о судьбе сообщников пиратов. На его месте я бы не торопился и передал всех преступников в руки местного правосудия, да ещё дал бы несколько интервью местным журналистам, что бы те раздули тему и не дали её замять.
Как же приятно понежиться на горячем песке, на берегу тёплого моря, под ласковыми лучами летнего солнца. Девчонки вовсю резвились на частном пляже, который я арендовал на всё время нашего пребывания здесь и, практически, не вылезали из воды. Каждый день начинался с того, что мне демонстрировали новые пляжные наряды и требовали слов восхищения их внешним видом и одобрения утончённого вкуса. Через три дня появился капитан Смолет и сразу же обвинил меня в том, что я его подставил, так как местная журналистская братия не даёт ему проходу, а он тоже хочет насладиться отдыхом в этом райском местечке. Кончилось всё тем, что он был временно принят в наш коллектив на время, оставшееся до отлёта, что обеспечило ему более-менее спокойную жизнь на частном, закрытом для других пляже.
