Настя отводит меня к скамейке. Выдаёт бутылку воды и заставляет пить. Сама отходит, включает какую-то непонятную мне машину. Отойдя на сто шагов подпрыгивает, размахивает руками. Встав в стойку сдувает упавшую на лицо прядь волос. Левую руку заводит за спину, правую вперёд и сгибает в локте.
Из машины выезжает ствол. Установка гудит, щёлкает и стреляет в Настю тенисным мячом. Настя выдыхает, поворачивается боком, подпрыгивает вверх, крутится и
ногой с разворота сбивает летящий в неё мяч. С такой силой, что мяч с хлопком взрывается.
Настя встаёт, выдохнув мотает головой, щурит свои огромные зелёные глаза. Машина щёлкает, выстреливает ещё раз.
Второй мяч Настя сбивает ударом руки. Третий подпрыгнув коленом. Четвёртый, пятый, и так двадцать раз. Машина ускоряется и стреляет очередями по два мяча. Интервалы между выстрелами короче. Настя...
Настя выдаёт нечто похожее на смесь ушу, капоэйра и фигурного катания. Двигается женщина невероятно быстро, но при этом плавно и красиво. Мячи от её ударов взрываются. Она подпрыгивает, крутится. Вдруг садится на шпагат. Ловит руками мячи и сжав пальцы раздавливает их.
Выдохнув встаёт. Потягивается. Стоя не левой ноге поднимает правую. Вертикально вверх. Улыбаясь мотает головой...
От увиденного забываю как дышать. Просто сижу и смотрю на неё. Поверить в то, что такая красивая и женственная девушка, на самом деле боец...
— Впечатляет? — возвращаясь ко мне и рукой возвращая не место мою отвисшую челюсть выдыхает Настя.
— Вот это скорость... А движения? А красота.
— Что сказал? — схватив меня за шею и поставив на ноги рычит Настя. — Красота чего? Моих движений? Одежды?
— И движений тоже. Но вообще, я о тебе. Тёть Насть, ты чудо. Ты самая красивая...
— Если думаешь, что таким образом, сможешь разжалобить меня... Завтра я удвою нагрузку. Я буду задавать темп, ты побежишь за мной...
— За тобой, я готов бежать хоть на край света. Даже ползком.
— Ты... — теряется Настя. — Ты! Нет ты... Мне идти надо.
Бросив меня, Настя убегает. Иволгин подходит, помогает мне встать. Заглядывает в глаза...
— Чего это она?
— А чего вы ожидали, Вячеслав Ерофеевич? Вдова. Молодая совсем. Два года замужем побыла и мужа похоронила.
— А ей сколько? Варе двадцать семь. Настя старше выглядит...
— Ей двадцать четыре, — вздыхает Иволгин. — Ту всё сложно.
— Расскажите. Пожалуйста.
— Вам интересно? — удивляется лекарь. — Хм... Хорошо. Понимаете, Вячеслав Ерофеевич, это всё магия. Давным давно, когда первое столкновение миров случилось. Изменились не все. Магию приняли и усвоили, считанные единицы. Поначалу, человечество даже на два народа разделиться пыталось. У нас же князь всё это дело пресёк. А Царь продолжил. Не видели они смысл народ делить.
— А в чём разница была?
— Маги росли быстрее. Как говорится в летописях, маг в месяц от роду уже ходить начинал, в три говорил, а в десять лет, уже на двадцать выглядел. Жили дольше, есть волхвы которые до сих пор живы, с тех времён. Я с одним общался, да. Когда в Светлограде работал. Мудрый старец. Очень мудрый. О чём я? Ах да. Со временем люди и маги смешались, скрестились. И вот, как итог, мы раньше взрослеем, живём дольше. Старость... Эх.. Старость. Если бы не ссылка.
— А за что вас сослали?
— Долгая история, — качает головой Иволгин. — Если кратко... Лекарство я создал. Хорошее. Омолаживало, болезни даже неизлечимые побеждало. Я уже думал что мир изменил. Средство готовилось к испытанию. На людях. А начальник отдела нашего, будь он проклят, формулу выкрал. Себе присвоил. Меня чтобы не возникал, в домогательствах к сотруднице обвинил. Жертва подходящая нашлась и свидетели. А поскольку я бесклановый, заступиться некому было. Так и попал за решётку. Но это не всё. Начальник непроверенное лекарство продавать начал. Деньги лопатой грёб. С самим Императором встречался. А после встречи, его под белы рученьки и сюда. Лекарство то с умом принимать надо было. А эти недоумки их каждый час кололи, юность вернуть пытались. В результате почти тысяча видных дворян и их семьи, в идиотов превратились. Ползали, кричали, под себя ходили. И тут, вот чудо, лекарство снова моим стало. Меня хорошо так встряхнули, на дыбе подержали, железом пожгли. И за это оправдали, следователь хороший попался, два и два быстро сложил. Да и докуметы необходимые в сейфе начальника нашлись. Со всеми инструкциями, опасениями и дозировкой. А вот за домогательства нет, заморачиваться и поднимать старые дела никто не стал. Сюда отправили. А тут ваш отец подобрал. В клан принял, лабораторию организовал. Я ему жизнью обязан. Правда виноват я перед ним. Не уберёг матушек, братьев и сестёр ваших. Чтобы ни делал не отступала болезнь. Да и вас не выходил. Если бы не Святая... Эх, Вячеслав Ерофеевич, нет мне прощения.
Иволгин всхлипывает. Протирает слезящиеся глаза. Судорожно выдыхает...
— Успокойтесь. Всё хорошо. Целитель такого уровня... Значит не было лекарства. А вы, вы сделали всё что смогли.
