Через минуту из проема вынырнул некий невысокий субъект с подносом в руках. Одеяние повара составлял серый халат, заляпанный кое-где жирными пятнами – облегченный вариант традиционной серой хламиды. Капюшон был откинут, открывая для всеобщего обозрения круглое румяное лицо, из-под нижней губы торчали два острых белых клыка.
Поставив поднос на стол, кобольд расставил перед гостями четыре глиняные миски, четыре глиняные ложки и четыре же глиняные чашки, после чего, не сказав ни слова, удалился на кухню.
Тибальт, широко улыбнувшись, прошествовал к выходу
– Приятного аппетита. Скоро я вернусь, чтобы показать ваши комнаты. Еще раз приятного аппетита.
Темный эльф не ответил. Он вообще старался избегать правил приличия – всякий раз, когда мог себе это позволить. Особенно тогда, когда ему казалось, будто над ним издевались
Сильвер пристально рассмотрел содержимое мисок. Похоже, это была какая-то жуткая, невообразимая смесь всевозможных круп, да еще на молоке. В чашках оказалось какое-то несвежее пиво.
Тролли потушили сигареты о столешницу (видавшую еще не такое обращение), взяли ложки и с впечатляющей невозмутимостью принялись за еду. Карнаж, скорчив небрежную гримасу, также не стал медлить.
Сильвер же, отодвинув миску, взял из пачки Ксура сигарету. Крепкий табак немного приглушил антисанитарные запахи.
Поглядев на компаньонов, запивавших кашу пивом, темный эльф усмехнулся. Конечно, от безумцев, населявших данный Монастырь, можно всего ожидать. Однако «Кобра», равно как и пистолеты, была по-прежнему с ним.
Киллер волновался лишь самую малость, да и то за Карнажа. Желудки троллей могли переварить даже булыжники. Чтобы отравить взрослого самца в самом расцвете сил, требовался весьма изощренный яд, причем в изрядных количествах. С другой стороны, звериные метки Карнажа должны были дать хрупкому человеческому организму кое-какие преимущества. Отравить же здорового темного эльфа, давным-давно перешагнувшего порог детства, практически не представлялось возможным – во всяком случае, шансов на летальный исход практически не было. Сильвер терпеть не мог какие-либо каши, только и всего.
Выпуская через ноздри дымные струи, эльф разглядывал огромную пещеру. Видимо, когда-то здесь вели добычу чего-то ценного. Сейчас же залу освещали чадящие факелы, жидкий свет которых тщетно пытался добраться до тьмы, годами скапливавшейся под потолком. Сильвер чувствовал себя довольно комфортно под этим куполом Ночи.
Не успели компаньоны доесть содержимое глиняных плошек, как появился Тибальт. Сильвер потушил окурок на манер гангстеров и поднялся из-за стола.
– Веди нас, Тибальт.
Монах поглядел на миску темного эльфа.
– Вы не притронулись к еде, господин.
– Верно, – кивнул киллер. – Я не голоден. Зато мои спутники благодарят Монастырь за роскошную трапезу.
Долтур сыто рыгнул. Сильвер отметил, что прием подозрительной пищи никак не отразился на внешнем облике как троллей, так и вервольфа. Пока. Если в плошках был яд, выяснится это немного позднее.
– На здоровье, – улыбнулся Тибальт. – Если господа готовы...
– Мы готовы. Веди.
...И они отправились блуждать по подземному лабиринту. Миновав наиболее оживленные перекрестки, – монахи обменивались новостями, шутили и смеялись, неизменно замолкая, когда мимо проходили чужаки, – они шагали по пустынным коридорам, внутри которых блуждало голодное эхо и призраки прошлого. Факелы здесь встречались крайне редко, для фосфоресцирующих же грибов или плесени воздух был слишком сухим. Временами Мрак обволакивал путников теплым непроницаемым коконом, с радостью встречая старых знакомцев.
Тибальт уверенно держал курс, забавно задирая ноги, потому как не мог видеть каменных складок, оставленных на полу могучими заклятьями.
Сильвер шел рядом. Отсутствие света ничуть не мешало ему с любопытством разглядывать подземные тайны. Воздух очистился от большинства неприятных примесей, благодаря чему прогулка начала приносить темному эльфу подлинное удовольствие. Каждый поворот, перекресток и изгиб коридора автоматически наносились на мысленную схему, составляемую киллером без какого-либо напряжения.
Поглядывая на спутников, он видел, как Тибальт, закрыв бесполезные глаза, шевелит губами, считая шаги; как тролли, щурясь, вглядываются во Тьму; как Карнаж, глаза которого приобрели явное звериное сходство, подмигивает и усмехается ему.
Тибальт замедлил шаг.
– Вы уж простите нас, – прокашлявшись, сказал он, породив долгое изощренное эхо, – это так называемое «гостевое крыло». Гости у нас бывают не часто, так что не взыщите...
Остановившись, монах принялся шарить руками по каменной стене. Сильвер потянулся, вытащил факел из крепления и сунул ему в руки. Вздрогнув от неожиданности, монах вцепился в деревянную рукоять.
– Как вы... – монах замялся. – Вы...
– Мы видим во Тьме, – ответил Сильвер. – Тебе обязательно зажигать эту штуку?
Разинув рот, Тибальт несколько секунд раздумывал, затем затараторил:
– Боюсь, без света я не сориентируюсь. Комнат у нас немало, но отец-настоятель велел отвести вас в самые лучшие. Осталось их только найти...
