Нас тоже не заставили страдать от голода и жажды. Оказалось, впрочем, что камру при дворе готовят много хуже, чем в «Обжоре Бунбе». Я подумал, что теперь уж точно никогда не ввяжусь в заговор с целью присвоить себе корону – вернее шляпу – владык Соединенного Королевства. Не имеет смысла!
Когда Куруш умолк, король восхищенно покачал головой.
– Вы – единственные обитатели Соединенного Королевства, для которых романтика древних времен не стала страницей истории! Откровенно говоря, я завидую вам, господа.
– Ну что вы, мы далеко не единственные, – улыбнулсяДжуффин. – Уверен, жизнь наших клиентов куда романтичнее!
– Да, конечно. Но им приходится слишком дорого за это платить, – заметил король.
– Иногда, – согласился Джуффин.
– Думаю, расплата неизбежна, поскольку им приходится иметь дело не с кем-нибудь, а именно с вами… Ваше общество доставило мне истинное наслаждение, господа. Могу ли я рассчитывать на ваше присутствие во время официального визита воинов Арвароха?
– А в котором часу вы их ожидаете? – осведомился Джуффин.
– Скоро. – Его Величество рассеянно посмотрел в окно. – Если солнце меня не обманывает, они будут в Малом Приемном Зале с минуты на минуту… Мне хотелось бы, чтобы вы остались. Прежде всего потому, что эти господа наверняка нуждаются в вашей помощи и, конечно, опеке.
– Я и сэр Макс счастливы выполнить любое ваше желание, Ваше Величество!
– Ну так уж и любое! – неожиданно рассмеялся Гуриг. – Ставлю сотню корон, что у меня найдется не менее дюжины желаний, исполнение которых не доставит вам особого удовольствия.
Джуффин призадумался, затем одобрительно хмыкнул.
– Не рискну с вами спорить.
– То-то же! – подмигнул ему король.
Кажется, я становился ярым монархистом: глава Соединенного Королевства нравился мне все больше и больше. «Жаль, что мы оба такие занятые люди. Да и профессии у нас чересчур разные, – подумал я. – При других обстоятельствах с этим дядей вполне можно было бы подружиться». Признаться, я совершенно забыл, что с недавних пор мы с Его Величеством Гуригом VIII стали в некотором роде коллегами…
– Этот господин уже спит, – шепотом сообщил король, указывая на Куруша.
– По-моему, это его самое естественное состояние, – улыбнулся Джуффин, нежно укутывая птицу полой своего лоохи. – Вы не обидитесь, если он проспит весь этот ваш прием?
– Сэр Куруш волен делать в моем дворце все, что ему угодно.
Гуриг VIII смотрел на спящего буривуха с неподдельным восхищением юного натуралиста.
«Малый Приемный Зал» оказался настолько велик, что разглядеть лица придворных, выстроившихся у противоположной стены, было совершенно невозможно. В центре зала неподвижно замер великолепный Алотхо Аллирох. На этот раз парень явился без своего паукообразного «домашнего любимца». Не знал, очевидно, что наш монарх – великий любитель живой природы.
У ног арварохского посла лежало оружие, позади стояла свита: целая сотня могучих воинов в одинаковых негнущихся плащах и мягких сапожках, такие же светловолосые, желтоглазые и нечеловечески красивые, как и он сам. Придворные глазели на них с доброжелательным любопытством.
Сэр Джуффин Халли едва заметным жестом поманил меня за собой. Мы заняли место слева от Королевского кресла, полагающееся нам по регламенту. Справа от трона было тесно: там толпились многочисленные вельможи. А рядом с нами стоял только один господин средних лет в бело-голубом лоохи, свидетельствующем о его принадлежности к Ордену Семилистника, Благостному и Единственному. Он едва заметно поклонился нам с Джуффином: более плотное общение в данных обстоятельствах не допускалось правилами придворного этикета.
Наконец в зал вошел наш недавний собеседник. Неторопливо взобрался по драгоценной лестнице к своему трону, каковой чуть ли не на несколько метров возвышался над полом, успел сочувственно улыбнуться нам с Джуффином и торжественно воссел на престол. Его лицо стало непроницаемой ледяной маской величия и скуки.
– Я приветствую тебя, чужеземец, – король говорил с Алотхо, едва размыкая губы. – Поведай нам, кто ты и какого рода дела привели тебя к моим ногам?
Парень опустил голову, изображая почтительный поклон, а потом снова завел свою давешнюю волынку:
