Шутка Робинса оказалась пророческой. Репортаж шёл из Запретного Города. Голограмма приняла форму округлого лица, заросшего тёмно-бурой бородой. Голубые глаза пронзительно сверкали, стремясь заглянуть в душу каждого подданного.
Царь.
Звук заглушала идиотская электронная музыка, напоминающая стук отбойных молотков в глубоких шахтах, поэтому расслышать, о чём шла речь, не представлялось возможным.
Впрочем, следом камеры продемонстрировали крохотный митинг, состоящий преимущественно из кобольдов. Ещё там были цверги и даже лепрехуны (которым, собственно, политика была до задницы — лишь бы всё окончилось грандиозной попойкой).
Конфликт уходил корнями в каменную толщу столетий. Судя по лозунгам на транспарантах, угнетаемые расы продолжали неустанно требовать у царя автономии. В последнее время желанная государственность приобрела тенденцию фокусироваться в образе отдельной пещеры, оборудованной воздушными отдушинами и автономным выходом на поверхность.
Царь же заявлял, что из всех пещер, составляющих Подгорное Царство, упомянутыми удобствами обладает лишь его собственный Запретный Город, с которым он пока не намерен расставаться. Но кобольды и прочие меньшинства на уступки не шли.
Вся эта возня напоминала Сильверу попытки старой беззубой шавки отхватить кусок пожирнее. Царю спешить было некуда — лет через пятьдесят махать транспарантами будет попросту некому. Эта тактика тёмному эльфу была прекрасно известна, он успел почувствовать её на собственном народе.
Мысль мелькнула и погасла. В Запретный Город не пробиться даже ему. Не говоря уже о том, чтобы прикончить царя. Да и пытаться не имело смысла. У бородача подрастал наследник, а эльфийская монархия только упрочит позиции. Повелитель же так и будет сидеть в своём «Последнем пристанище».
В кармане опять раздалась раздражающая трель. Судя по номеру, это вновь были хакер и демон — неразлучная парочка. «Когда-нибудь, — подумал Сильвер, — парень будет рассказывать об этом восторженным внукам… Если, конечно, сможет обзавестись хотя бы детьми».
— Что, так быстро?
— Ага, — подтвердил Робинс. — Он, оказывается, крутился неподалёку. Мы поглядели на него, вроде ничего подозрительного.
— Что он ответил?
— Говорит, — вклинился демон, — что заказ представлен в полной комплектности. Говорит, отдаст за четыре тысячи эльфийских баксов, а гранаты просто подарит. Ты у него покупатель месяца.
— Передай, — Сильвер прикинул в уме, — что я дам три тысячи, а гранаты куплю по полтиннику.
— Хорошо. Подожди.
Киллер терпеливо ждал. Карнаж с Хугином допили пиво и приступили к изучению кнопок, имевших менее приоритетное значение.
Наконец в трубке вновь раздался синтезированный голос тёмного духа.
— Говорит, что согласен и что приятно иметь дело с компетентным клиентом. Где назначить встречу?
Тёмный эльф припомнил названия улиц, мимо которых они проходили.
— На перекрёстке Металлургической и Сталелитейной. Через полчаса. Ещё пусть даст номер мобильного.
— Хорошо. — Демон помедлил, затем сообщил: — Говорит, придёт непременно. Номер диктовать?
— Нет, главное отвечай на звонки.
Сильвер спрятал телефон.
Компаньоны тем временем успели заказать минеральную воду, обогащённую кислородом. Пивной ассортимент, не говоря о более крепких напитках, был благоразумно оставлен без внимания.
— Ты собираешься привести его сюда? — спросил Карнаж.
Стакан с водой был накрыт специальным колпачком, пить из которого приходилось через трубочку. Драгоценный газ исходил водяными пузырьками.
Киллер пожал плечами:
— Пока не знаю. Они посмотрели на него в киберпространстве, теперь нам следует посмотреть на него вживую. Гномьи порядки для меня загадка, но одно я знаю точно: купля-продажа оружия здесь вне закона.
— Это точно, — ухмыльнулся великан-людоед. — Когда-то я об этом не знал…
Далее Карнажу и Сильверу пришлось выслушать длинную, но увлекательную историю, составленную из коротких ёмких предложений. Рассказ повествовал о том, как Хугин — молодой и глупый — покупал детонаторы, причём посредником выступала одна из его многочисленных подружек. Закончилось же всё стрельбой и взрывами в центре одной из пещер, а террористический акт, как водится, свалили на миролюбивых кобольдов.
Дослушав до конца, киллер поднялся из-за стола. Вряд ли он смог бы признать, что оный рассказ оказал на него тонизирующее воздействие.
— Посидите лучше здесь, — сказал он, направляясь к двери. — Когда я приведу его, не подавайте виду, что мы знакомы. Если, конечно, вообще приведу.
Он направился к упомянутому перекрёстку, разглядывая на ходу витрины. В одной красовался роскошный белый респиратор, усыпанный бриллиантами.
Безымянный продавец явился на две минуты раньше срока.
Во всяком случае, Сильвер предположил, что это подпольный торгаш — невысокий пожилой кобольд, беспокойно оглядывающий перекрёсток. Выйдя из такси, он тут же опустил на асфальт большую чёрную сумку. Судя по телодвижениям кобольда, весила она немало.
