Через несколько минут парни оказались на нижней палубе, куда стекалось множество силовых кабелей и проводов, подключённых к оборудованию. Медицинский отсек занимал примерно треть пространства палубы крейсера. В нём находилось полторы дюжины койко-мест и несколько кислородно-восстановительных подов для диагностики и жизнеобеспечения тяжело-раненных или больных. Здесь, в отличие от прочей территории корабля, было относительно чисто, отчего становилось немного не по себе.
К счастью, Волот был единственным пациентом медотсека и уже стоял на ногах рядом с одной из коек. На его теле зафиксировали плотно облегающий, специальный медицинский жилет. На уровне груди, в месте рваной раны от когтей ящера, располагалась выступающая ванночка, в которой плескалась жёлтая полупрозрачная жидкость. Сквозь неё виднелось уже наполовину затянувшееся увечье.
– Как ты вообще на ногах стоишь? – первое, что сказал Бур, зайдя в помещение.
– Я тоже рад вас видеть в добром здравии! – улыбнулся Волот.
– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Кирилл.
– Рёбра продолжают сращиваться, фронтальная стенка правого лёгкого восстановилась, и теперь мне не нужен аппарат искусственного дыхания. Разрешили, вот, самому передвигаться. Опасность миновала.
– Я, конечно, рад, что ты почти полностью восстановился. Но, знаешь ли, я до сих пор чертовски зол на тебя за всю недосказанность и обман, из-за которых я получил двойную порцию шокером. Ты столько раз подвергал мою жизнь опасности, а ведь я даже не знаю тебя, чтобы всё это вот так спускать тебе с рук! – негодовал Бур. – Но тем не менее… Спасибо за помощь! – закончил он уже поспокойнее, выговорившись.
Волот понял, что это просто нервы и стрессовая обстановка, поэтому не держал зла за такую прыть со стороны своего нового товарища.
– Как ты так быстро восстанавливаешься? У тебя вся грудина была раскроена буквально полчаса назад, практически от руки до руки. Как такое вообще возможно? Ты стоишь, дышишь, разговариваешь… Нет, я рад видеть тебя живым и понимаю, что препаратами всякими напичкали, но не до такой же степени, – недоумевал уже Кирилл.
– Если разрешите, – вмешался Док, осторожно перебивая разговор, – я бы согласился. Даже с учётом всех медицинских мероприятий, теоретически, восстановительный период занял бы от трёх до восьми дней.
– И на кой чёрт ты сунулся врукопашную против того ящера? – продолжал сыпать вопросами Бур. – Ты что, заклинатель? Откуда знал, что он просто так, сходу, не нападёт и не разорвёт тебя на куски?
– А я и не знал, – спокойно ответил Волот. – Нужно было выиграть время. Из всех присутствующих для меня безопаснее всего ввязаться в подобную авантюру. И вот весомая причина почему, – показал он на жилет с жёлтой жидкостью у себя на груди. – Мои организм и тело генетически модифицированы и оперативнее ваших реагируют на медикаментозное и хирургическое вмешательство. Любой активный препарат или медстимулятор на порядок быстрее и эффективнее выполнят свою функцию, попав в мою кровь. Именно это и позволяет мне так регенерировать и залечивать раны.
– А сверхспособностей у тебя не завелось? – отшутился Кирилл. – Я бы не отказался от подобного апгрейда организма.
– Крепче связки и кости. Выносливее и плотнее мышцы. Мой организм легче справляется с ядами, отравлениями, повреждениями и всё в таком духе.
– Да ты прямо настоящая машина! Сломался – починился, – улыбнулся Бур.
– Думаю, можно сказать и так, – уже нехотя поддерживал эту тему Волот.
– Проходил процедуру от «ГРИНЕР-ТЕК» или это уже из вашего времени технология? – не унимал любопытство Бур.
– Я вам немного задолжал ответов. Сейчас мы не в спешке и жизни ничто не угрожает, а у вас были вопросы. На чём мы там остановились? На нэсках?
– Да, я у тебя спрашивал, откуда они такие появились, – подметил Кирилл, стараясь сгладить разговор, чтобы тот не выглядел как допрос.
– Давайте я проще проведу вам небольшой экскурс в историю, чтобы вы лучше понимали, о чём речь. Итак, лет двести назад, после первых катаклизмов, совершенно из ниоткуда появились гитрионцы.
– Что значит «из ниоткуда»? – перебил Бур.
– Гитроиды или гитрионцы? А то я как-то опасаюсь уже, что могу запутаться в терминологии, – воспользовавшись моментом, вставил вопрос и Кирилл.
– Гитрионцы – это представители другого мира, которые нагрянули в этот…
– Погоди-ка… Ты сказал: «другого мира»? Мы сейчас про инопланетян говорим? – Удивление Бура начинало граничить с нескрываемым раздражением.
– Я понимаю, как это звучит для вас, но уверяю… Я не шучу!
– Погоди, – видя всю серьёзность Волота, одёрнул Кирилл напряжённого товарища. – Давай для начала выслушаем, что он хочет сказать. Потом сделаем выводы.
Бур, понимая, что переходит границы и что его поведение становится всё более неадекватным, решил успокоиться. Он сделал небольшой шаг назад и вопрошающе махнул перед собой рукой, словно приглашая Волота продолжить рассказ. Морозов вообще стоял с выражением лица полного непонимания того, что сейчас происходит.
