Лили стала приемной матерью для своей новорожденной племянницы абсолютно случайно. А Ник совершенно не выносит младенцев, потому что они ему напоминают о том, что несколько лет назад он потерпел фиаско как отец и муж. Лили и Ник давно потеряли надежду обрести личное счастье. И у каждого из них на это свои причины. Но их с первой встречи как магнитом тянет друг к другу. И хотя они уверены, что любовный союз между ними невозможен, противиться своим чувствам они не в силах…
© 2015 by Ellie Darkins
© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016
Лили засунула карандаш за ухо и направилась к двери. Она почти закончила создание срочного проекта сайта, потратив на это целый день, выполняя все пожелания клиента, и была рада, что справилась с работой, несмотря на хаос в доме. Даже сейчас слышались удары молотков и звуки других непонятных инструментов на кухне, где строители ломали старую мебель, готовясь к расширению помещения.
Неожиданно раздался звонок в дверь. Взглянув на часы, Лили обнаружила, что так ни разу не передохнула, усевшись за работу в шесть утра. Ей просто жизненно необходима чашечка кофе, строители тоже наверняка не откажутся от бодрящего напитка.
Бросив взгляд в окно, она заметила отъезжающее от дома такси, хотя за матовым стеклом входной двери никого не было. Странно. Она распахнула дверь. Действительно, никого.
Дети шалят? Лили прожила здесь почти всю жизнь и не помнила ни одного случая, когда кто-то звонил в дверь и убегал, и уже собралась захлопнуть дверь, когда ее внимание привлек писк котенка. Она опустила глаза.
Это был не котенок.
В углу крыльца, защищенная от прохладного весеннего ветра, стояла переносная плетеная детская кроватка, а в ней, туго завернутый в желтое одеяльце, так, что можно было рассмотреть только розовый носик и глазки, лежал младенец.
Лили инстинктивно опустилась на колени и подхватила кроватку с пола, пристроив ее на плече. Поправив одеяльце, подошла к главным воротам, оглядевшись по сторонам в поисках того, кто мог оставить ребенка у порога.
Никого.
Она повесила кроватку на руку, пытаясь понять, что происходит. Мозг лихорадочно работал в поисках причины этого неожиданного явления. Внезапно из кроватки раздалось шуршание бумаги. Отогнув уголок одеяльца, Лили обнаружила записку. Почерк в точности как у нее. Ошибки быть не могло.
«Пожалуйста, присмотри за ней».
Вот и ответ на все ее вопросы.
Лили снова подошла к воротам, надеясь разглядеть такси. Если бы только она успела догнать сводную сестру, пока та не совершила непоправимый поступок. Но такси уже скрылось из вида.
Лили стояла на дорожке, не в силах сдвинуться с места, не зная, бежать ли за помощью или занести малышку в дом. В какие неприятности угодила сестра, если отважилась на такой поступок? Неужели решила оставить ребенка навсегда? Или же вернется через несколько минут и все объяснит?
Глубоко вздохнув, Лили взглянула в чистые голубые глаза крошечной племянницы и влюбилась с первого взгляда.
Его шаги четко отпечатывались на тропинке, и это размеренное движение помогало отмести в сторону мысли, эмоции, причины и оправдания. Он чувствовал лишь четкий ритм своих шагов и собственное дыхание в такт движению.
Солнце осушало росу на траве у обочины дороги, последние местные жители торопились на станцию.
Он всегда точно подмечал подобные вещи, как и восхищенные взгляды двух женщин, мимо которых пробежал. Но все это не имело значения. Лишь утром он сумел сконцентрироваться на том, чего действительно хотел. Поэтому никакой музыки, никаких восхищенных взглядов. Только он и дорога. Ничто не могло испортить то короткое время, когда он отгораживался от опасностей и ужасов этого мира, больших и малых, с которыми часто приходилось сталкиваться на работе.
Завтра он сможет найти уединенную тропинку в Ричмонд-парк, а сегодня утром ловко маневрировал между столиками кафе и прохожими, читая названия улиц в поисках адреса, который прислала сестра. Она получила мебель и оставила ключи от его новой квартиры у подруги, которая работала на дому.
Он завернул за угол и оказался на тихой боковой улочке. Неожиданно раздавшийся отчаянный вопль младенца вывел его из состояния покоя, он споткнулся, угодив ногой в тротуарную щель. Попытался бежать, но обнаружил, что это невозможно. Тогда решил считать номера домов, пытаясь не обращать внимания на пронзительные детские вопли. Но чем больше считал, тем сильнее нарастало ощущение неизбежности. Чем ближе подходил к тому месту, откуда доносился крик ребенка, тем сильнее хотелось сбежать, хотя он понимал, что это невозможно.
Размеренный ритм и сосредоточенность на этот раз покинули его. Тело не слушалось, не в силах противостоять крикам младенца, раздиравшим барабанные перепонки. Увидев слева поворот на другую улочку, он на мгновение пожелал свернуть, скрыться, но ноги перестали повиноваться. Он ускорил шаг, направляясь к оцепеневшей женщине с кричащим младенцем, стоявшей на крыльце одного из домов.
Бросив взгляд на номер дома, он понял, что это именно тот адрес. Сестра отправила его в дом с ребенком, даже не предупредив.
– Привет, – осторожно обратился он к женщине, медленно приближаясь к дому. «Кажется, ее зовут Лили», – подумал он. – У вас все в порядке? – Невозможно удержаться от этого вопроса, ведь она стояла с плачущим ребенком на руках словно оглушенная.
Ее светлые волосы, собранные в хвост, сверкали в лучах яркого солнца. Голубые глаза, большие и чистые, выражали такой ужас, что он замер на месте.
