Естественно, владение Протего не стало препятствием для игры. Как показал Поттер, можно играть отвердевшей и летающей тетрадкой. Как показала практика, достаточно у своего края стола сделать желобок под удобное размещение плюй-камней. Детишкам хватало веселья и неожиданностей для поддержания азарта игры. Так сказать, облегчённая версия плюй-тенниса тоже нашла своих сторонников. Возможность играть — отличный стимул поспешить с изучением необходимых для этого заклинаний: Дуро, Энгоргио, Финита, Спанджифай, Скорджифай. В волшебном интернате приветствуются только волшебные игры!
Волшебник-юнлинг устроил лечебную медитацию. Поскольку из прошлой жизни в Ордене Джедаев он вынес скудный багаж приёмов Силы, приходилось импровизировать, переводя подвижную Альчака в неподвижную версию. Пережитый опыт с кавардаком в ауре способствовал пересмотру собственных же советов капитану Вуду об управлении телом при помощи магии — исключению движений телом для придания движения Силе. Поэкспериментировав до второго часа ночи без существенных подвижек и сделав себе зарубку в памяти сплести заклинания зеркала и колдорентгена, Поттер потренировался в приплетании чар Темпус и подстраховался заклинаниями типа будильника, щекотки и жалящего, прежде чем погрузить себя в гибернационный транс для перезагрузки всего организма и пробудиться к пяти утра.
— Здорово, — вслух порадовавшись собственному успеху. Идея сработала!
По отработанной схеме вылетев из форточки, малец добрался до облюбованного зальца в туннеле между Дракучей ивой и Визжащей хижиной, откуда телепортировался в… Каир. Как и говорил зелёненький гранд-мастер Ордена Джедаев, препятствия лишь в голове. Правда, это относилось к размерам и весу предметов, подвергаемых Телекинезу, да оказалось применимо универсально, в частности, к дальности Телепортации.
Покинув туалет кинотеатра, Поттер поколебался, но всё-таки решился пристать к вахтёру, чтобы попрактиковаться с приёмом Постижение Речи под призмой Легилименции в качестве подготовки к освоению чар Лингвистика, позволяющих понимать любую человеческую речь при условии нахождения радом с носителем языка. Из-за рисков чтения чужих мыслей это заклинание выполняется на самого себя с модификатором Лингвистика Реципрокус, обозначающим обоюдный характер действия: в области охвата этих чар маг будет слышать чужую речь как родную с иностранным акцентом, окружающие люди его самого поймут с тем же речевым эффектом.
В благодарность тайком почистив прокуренные лёгкие, волшебник-юнлинг на задворках супермаркета без труда выудил коробку, потом слетал к руслу Нила и умной водой собрал донный ил, подсушенным навалив его в отремонтированную картонную тару. Взрастив европейские цветы из имеющихся семян, Поттер посетил цветочный магазин, подсказанный вахтёром, где опять-таки прибёг к Обману Разума, но чисто для сокрытия своей внешности и телепатического общения для обмена роскошных цветов на местные семена, один горшок с землёй, несколько понравившихся цветочных горшков и пакетов с содержащей питательный ил землёй.
Прорастив пузатый декоративный кактус до ярко-жёлтых цветов, Гарри-Грегарр наведался в насоветованную вахтёром лавку, специализирующуюся на продаже фиников, от свежих до обработанных, и совершил бартерный обмен своего труда на множество видов фиников, чьи косточки оставались живыми или ещё могли быть оживлены. Уже уходя, волшебник-юнлинг чутко заострил внимание на интуиции и смекнул, что в Европу экспортируют далеко не весь здешний ассортимент. Пришлось телепортироваться в ранее примеченный лондонский водосток, уделить время на поиски крупного круглосуточного магазина и ограничиться только пятью имевшимися там в наличии видами фиников: меджул, мазфати, кабкаб, захеди, ал-асила. Хотя видов фиников десятки, а сортов ещё больше, могут возникнуть излишние вопросы касательно того, где и как Поттер достал подобное изобилие.
Малец успел вернуться к семи утра, подремал с получас и понежился в постели, прежде чем сработал будильник с двумя громкими колокольными полусферами наверху — Невилл взвел родительский подарок для общего подъёма в половине восьмого утра.
Не только и не сколько из-за Гарри-Грегарра, но и в подражание родителям многие дети пристрастились к газетными новостям. В прошлом году в Большом зале подобного не замечалось, поскольку все болтали и легко терпели с чтением местечковых новостей. Ныне сами учителя подавали плохой пример, пока терпение МакГонагалл не лопнуло, и она не сдвинула время запуска почтовых сов на конец завтрака. Поэтому вот уже несколько дней как над столами не висели газеты, что благотворно сказалось на приёме пищи под музыку — заунывная романтика от Равенкло.
