— Но они же больше самих докси, — после Гарри беря в руки одно пёрышко с белым низом и стеклянисто-переливчатым верхом в пастельных ржаво-коричневых тонах.
— И это хорошо — получатся особи покрупнее почтовых сов. Хм, лучше скотчем прилепить, чтобы заклинание окаменения не мешало, — комментируя извлечение из саквояжа обычной клейкой ленты простецов.
Вскоре ребята завершили приготовления, и дальше начались азартные беганья за докси с целью попасть заклинанием превращения без помех от чар типа Аресто. Всего менее минуты — Гермиона извлекла сачок для бабочек и растиражировала его.
— Авифорс Максима, — Гарри-Грегарр первым поймал и наколдовал.
Докси с пером превратилась в подобие гром-птицы, размером примерно с дракончика до того. Довольное милое создание запуталось в сетке и клювом сделало дырку, пока вновь не стало докси с примотанным скотчем пером за спиной. Рон и Гермиона повторили, получив примерно таких же птичек. Быстро отменив, повторили по новой.
— И в чём смысл, Гарри? Я уже сто раз наколдовал, — на самом деле всего четырнадцать, — всё нормально получается.
— Дракончики пышут огнём. Гром-птички должны наэлектризовывать всё вокруг себя, — пояснил Поттер. — Авифорс Максима.
Волшебник-юнлинг первым добился нужного результата, через несколько минут справились его друзья. На следующем этапе ребята принялись превращать докси в своих клонов при помощи заклинания Эгоморфус, приказывать взять маховое перо и далее превращать в гром-птиц примерно с самих себя. Эти особи вели себя умнее «игрушечных» версий. Однако магии на это расходовалось многократно больше!
Как и опасался Поттер, перья при столь грубой тренировке быстро обращались в негодность — лысели и ломались. Пуховые перья выдерживали его колдовство три-пять раз, у Рона втрое дольше держались, а Гермиона вовсе старалась их беречь. Маховые имели длину около фута, то есть это не крупные экземпляры из хвоста или края крыльев, но всё же свою роль они выполняли, будучи более стойкими.
— Гарри, что я делаю не так? — Гермиона сдалась на восьмой минуте после успеха заводилы. — Почему вообще ничего не получается? С маленькими же справилась.
— Секрет очень секретный и очень очевидный. Я думал, ключом к пониманию для вас тоже станет деревянный клон, умеющий колдовать.
— Но его же одухотворяет наш Патронус, вот клон и получается способным колдовать. А тут докси в основе, — указала Гермиона.
— Патронус из нашей магии, вот и колдует нашими волшебными палочками, — высказал своё мнение Рон после вопросительного взора от Гарри.
— Хорошо. Ещё пример. Простеца укусил оборотень, в результате из простеца получилось магическое существо, которое в облике человека является сквибом.
— Правильно.
— И что? — недопонял Уизли.
— Не перебивай, Рон. Мы не кусаем, а заклинаем. И у нас тоже появляется магическое существо, способное видеть магию.
— Докси уже обладает такой способностью, Гермиона, — указав на провел в логике.
— Но докси не обладает электричеством, Гарри. Почему с мелкими получилось, а с крупными затык? — обратился Рон, желая понять и научиться.
— С маленькими твоего заклинания хватает для реализации твоего желания, а с крупной особью мало. Однако тут дело не в объёмах магии, иначе бы взрослые маги применяли Драконифорс для создания огнедышащих дракончиков с собак размером. Ещё один наводящий пример, друзья. Если заклинанием Бладжерфорс превратить тетрадный лист, то такой бладжер окажется туп и никуда не полетит, — сказал Поттер, поглаживая своего пернатого красавца, похожего на орла.
Невольно корча смешную рожицу, задумавшаяся Гермиона вскоре выдала:
— Гарри, я всё равно не понимаю.
— И я.
— Хорошо. Достаньте тетрадный лист простецов и пергамент магов. Превратите их в фениксов, — предложил задачку и сам тоже полез за указанным.
И двух минут не прошло, как вокруг ребят порхали четыре пылающие птички.
— Отмените и смотрите на мои листы, друзья. Первый раз я покажу то, как вы делаете. А потому покажу то, как надо.
Конструкты полыхнули и отменились, раздался бумажный шелест. Волшебник-юнлинг повторил всё то же самое. На второй раз друзья затаили дыхание, и…
— И в чём разница? Всё то же самое, — недопонял Рон, внимательно заглядывая в лицо друга, словно ища подвох.
— Всё дело в образе, да, Гарри?
— Почти, Гермиона. Теперь смотрите внимательно. Финита. Финита.
— Ух ты! Твои листы сгорели, Гарри, — удивился Уизли.
— Нет, Рон, сгорел пергамент, а тетрадный
— Горячо, Гермиона. Давай заколдую твои листы, сама отменишь наилучшим образом, — предложил Гарри-Грегарр.
— Давай.
Поттер повторил два заклинания Авифорс Максима. Гермиона применила Фините Инкантатем, но листы повели себя точно так же: пергамент мигом обратился в пепел, простецкий загорелся с нескольких сторон.
— Хм! Скорджифай, — убирая мусор.
— Я тоже хочу попробовать.
— Пожалуйста, — спокойно согласился Поттер и повторил заколдовывание.
Первая попытка Рона привела к тому, что на пол полетели горящие клеточки.
