— Вот и самочка феникса так поступает. Фоукс и другие папаши чувствуют магию, но не дух, потому считают, что их возлюбленная навсегда умерла, и плачут от горя. От слёз отца яйца проклёвываются, но с самочкой уже попрощались, потому на свет появляются новые фениксы. Как сказал наставник Омар, туда, где было больно, не возвращаются. А ты прольёшь слёзы счастья, Симус, и потому воскреснет именно Глоу, а не уступит яйцо другим духам. Фоукс это уже знает, потому можешь перед сном нашептать всё это Фламбу в знак доверия. При таинстве проклёвывания, Симус, только ты и он будете. Ты пожертвовал жизнью ради защиты фактически дома для себя и друзей, а она пожертвовала жизнью ради детей — вы поладите. И сразу после того, как после яйца ты прольёшь вторую слезинку на проклюнувшегося птенчика, тебе надо будет превратиться обратно в человека и тактично отвернуться, позволяя двум воссоединившимся фениксам поворковать друг с другом, прежде чем они совершат свою часть уговора: Глоу клюнет тебя в палец для становления твоим фамильяром, Фламбу клюнет в палец Джинни для становления её фамильяром.
Поттер подробно объяснил всю суть, дабы Финниган понимал, что и для чего сделает. Магия — желание. Чётко сформулированное желание — чёткий результат колдовства.
— Понятно… Ты так много успел узнать и выучить, Гарри… — восхищаясь кумиром и сожалея о собственной ограниченности.
— Все мы разные, друг. У тебя свой талант, и ты старательно его развиваешь, — подбадривая и настраивая на преодоление трудностей очередного эксперимента.
— Да, давай начинать, я готов, — решительно заявил отрок.
— Хорошо. Зажми волос губами и придержи пояс.
Сперва увеличив одежду, Поттер превратил Финнгана в Хагрида, а после колдовства над драконьим яйцом и собственными шмотками сам стал таким же. Увидев пузатого и бородатого полувеликана в белом хитоне, Симус заржал гулким басом и чуть не снёс своим задом сейф. Ничего страшного — тренировочное пробивание пресса кулаком вернуло ему серьёзность.
Репетиция затянулась до критического времени. Сперва у Поттера не получалось сделать вертушку с ударом пяткой, пока его не осенило помочь себе Телекинезом: сперва создать у пятки сгусток Телекинеза, а потом Телекинезом же направить ногу точно в нужную область живота. Потом у Финнигана не получалось удержать в лёгких хоть толику воздуха на простейший Люмос, плюс даже после заклинаний Эпискеи и Ренервейт он долго отходил от пробивающего пресс удара. Собранная в кулак воля однажды помогла Симусу переродиться фениксом, воплощающим огненную стихию зодиакального овна. Этот же настрой помог во второй раз, причём Гарри-Грегарр добивался от друга самостоятельности в достижении этого.
Вспышка света из-под пятки — хруст скорлупы в желудке и шлёпанье плотно сжатых губ из-за вырвавшейся части воздуха.
— Экспекто Патронум… — сипло выдохнул Финниган, сумев правильно исполнить формулу заклинания.
Предположения, сделанные Поттером на основе опыта с хоркруксами в драконе и василиске, оправдались и в отношении духа драконьего яйца. Пусть ему вместо воплощения в материальную плоть предлагалось воплотиться в магическую — желающий хоть как-то воплотиться дух согласился, иначе бы пришлось насовсем возвращаться за Грань.
Из основной палочки в правой руке вместе с пучком света вырвались магические ленты и соткались сине-голубым драконом с двумя мощными задними лапами и двумя крыльями с функциями передних лап, а не как у того же валлийского зелёного — четыре лапы и два крыла. Характерная корона из трёх рогов — отражение пиков Стэнли, Гэсси, Бейкер. Недовольный дух выдохнул из ноздрей призрачные клубы и потом струйкой изо рта подорвал облачко — получилось нечто вроде Вердимиллиус, только обдавшее жаром, зримо проявившим всю магию в комнате.
Поттер не зевал и чарами привёл Финнигана в чувство, Телекинезом забросил ему в рот крутую клубнику, только потом сам перестал быть полувеликаном, вернул одежде нормальный размер и приготовился к следующему этапу. Как только Патронус-дракон исчез, волшебник-юнлинг правой рукой невербально применил Финита, а левой взмахнул по интуиции, застав момент, когда Симус уже перестал быть полувеликаном, но ещё не завершил обратную трансфигурацию в человеческого мальчика. Ответственно превратив друга в лунного испепелителя, Поттер лишь в момент инстинктивного выдоха серебристого тумана сообразил применить чары акваланга, однако времени оставалось только на телекинетическую Волну Силы, оттолкнувшую опасность.
— Эванеско Максима, — торопливо очищая воздух. — Эванеско Максима, — повторяя из-за продолжающегося выдыхания. И потом ещё и ещё, пока Симус собирался с чувствами, дабы осознавать возвращение в человеческую форму. — Репарифарго Максима.
— Апчхи! — появившийся мальчик сопливо чихнул.
— Эванеско Максима.
— Прости, Гарри. Вроде бы всё, не свербит уже… — повинился Симус.
— Как чувствуешь себя? — и положил руку на плечо, чтобы и поддержать, и проверить методом джедаев-целителей.
— Как проглотивший призрачное яйцо дракона, — став щупать и проминать свой живот, болезненно твёрдый.
