Собственно, есть примерно неделя форы, пока информация распространяется и обрабатывается. Можно без суеты запустить через свою компанию тренировку колдовства воды с формированием водяной черепашки с ледяным панцирем, а потом выдать похожих конструктов для стягивания хитона на плечах и защиты.
Двигаясь по спирали, волшебник-юнлинг вновь сосредоточился на кайбер-кристалле под тельцем сниджета. Воскрешающий камень действительно казался доступным. Видимо, он предоставлял в общее пользование некую свою способность, как это делали некоторые целительские кайбер-кристаллы, позволяя любому джедаю применять их для исцеления без предварительной настройки. Мантия-невидимка Певереллов тоже позволяет любому носителю становиться невидимым, но лишь знаток или умелец способны задействовать её полностью, одной мантией заменяя несколько заклинаний сокрытия. Видимо, упомянутая в сказке бузинная палочка, наверняка та самая, что у Дамблдора, тоже имеет скрытые возможности. Вероятно, комплект целиком тоже что-то даёт.
Думая о символике из сборника детских сказок, Поттер счёл толкование лживым. Сама форма пирамиды с еле-еле заметными углами по сторонам соответствует форме знаменитой пирамиды Хеопса, у которой при взгляде сверху тоже заметны рёбра по высоте всех четырёх граней. Потому равнобедренный треугольник с опущенной сверху высотой является символом Воскрешающего камня, а не мантии и палочки. Вписанная окружность символизирует — что? Явно не старшую палочку, а мантию-невидимку.
Интерпретация вписанного характера — это чья подчинённость? В тексте сказки мантия характеризуется как дарующая невидимость от Смерти. Невидимость от духовных сущностей…
Поттер не удержался и превратился обратно в человека, а предупреждённый Патронус остался столь же плотным. Наколдовал зеркало Спекулум на всю длинную стену и на короткую между окном и санузлом, а потом двумя палочками вывел формулу потустороннего света Оркус Люмос и коснулся кончиками обеих линз у очков, придавая им новое свойство. Получилась картина маслом, так сказать! Окклюмент ожидал подобного, потому никак не среагировал на прячущегося в углу духа-паука с его вниманием ко всей комнате вместо персонального. За лепниной потолочного витража в центре спальни притаилась мохнатая гусеница с хвостом, похожим на ветвистый полип в роли телевизионной антенны. Между шторой и окном висела летучая мышь, завернувшаяся в крылья, что не мешало её ушам всё слышать. В привычном рое мозгошмыгов летала какая-то посторонняя стрекоза, которая ловила жучков, ощупывала и отпускала. Сходив по малой нужде, он увидел, что в лунке притаилась какая-то каракатица, а из вентиляции торчат длиннющие усы таракана. Все эти животные духи являлись опытными разведчиками, сумевшими спрятаться от неопытного волшебника-юнлинга с его неопытным сниджетом.
Сохраняя спокойствие и отвлечённость внимания, Поттер погладил Патронуса на плече и принялся лепить чары,
— Маджикус Экстремус Эктоматик Максима. Маджикус Экстремус Авис Максима. Оркус Ревелио. Аресто.
Из кончиков двух соединённых палочек вырвалась стая светящихся полупрозрачных зелёных сниджетов. Никого не вспугнув, конструкты склевали всех духов. Поттер позволил себе улыбнуться, глядя на маленьких духов внутри маленьких шариков птичьих тел. Возможно, на просвет он бы сам так выглядел, пока высиживал кайбер-кристалл. Создав в санузле кремационный пузырь из супер-эктоплазмы, направил туда стаю конструктов-птиц, сосредоточился и наколдовал капельку:
— Оркус Люмос Вердимиллиус Специалис Ревеллио Максима.
Приставка Оркус придала колдорентгену свойства проявлять потустороннее.
Вместо того, чтобы наколдовать на себя Маджикус Экстремус Ренервейт Максима для выдыхания Звёздного Огня подобно Симусу, волшебник-юнлинг выудил из своего крематория одну из птичьих клеток с пленным духом и принялся настраивать приём Тутаминис на иссушение конкретно таких вот существ. Естественно, арестованный и пленённый дух обратил внимание на человека и тем самым оказался засечён Патронусом-сниджетом, которым Поттер воспользовался в качестве целеуказателя и справился со своей задачей в считанные минуты. Силуэт гусеницы поблек в потустороннем свете, она сделалась словно бы призрачной. Боясь упустить, Гарри-Грегарр прекратил аккуратное воздействие. Обработав так всех соглядатаев и хорошо научившись осушать их, выделяя специфическую Силу их Жизни, он всё-таки простимулировал себя, как Симуса, только с модификатором Минима. Заряда хватило на небольшой выдох Звёздного Огня, быстро сделавшего своё дело — сжиганием изгнавшего духов.
Он же говорил наставнику о Пивзе, верно?
— Пик, я успею до обхода?
— Да.
